Его уверенный жалостливый взгляд пугал меня не меньше, чем молчаливость всех остальных.

— Я ничего не делала! — выкрикнула я в пустой попытке защититься.

— В твоих глазах теперь чужой взгляд, — сказал отец Генри, делая шаг ко мне.

— Потому что я видела отражение Дотти?

— Потому что ты видела свое отражение.

— Что за нелепость! — выкрикнула я, окидывая взглядом остальных. — Разве я сделала что-то бесчестное?!

Хелен пожала плечами и опустила глаза. Грейс, которую уже успели привести в чувство, разрыдалась. Хезер нахмурилась, но промолчала. А Джейн… вдруг подняла на меня взгляд и воскликнула:

— Сегодня ты была такой грубой! Я тебя слышала.

Этих слов оказалось достаточно. Наставница Бернадин вскинула голову и крикнула:

— Хватайте ее!

Я бросила свой мешок на землю и помчалась в сторону леса. Куда угодно, лишь бы оказаться подальше от этих людей.

За моей спиной раздались крики, послышались топот бегущих ног, треск веточек и шепот обеспокоенной листвы. Я подняла платье повыше и понеслась еще быстрее, глотая холодный обжигающий воздух и выдыхая рваные клубы пара.

Несколько раз я поскальзывалась на мокрой земле и едва не падала. Крики становились ближе, но я не разбирала, что именно они кричат. На самом деле я почти ничего не слышала, кроме дробного клацанья за своей спиной. Как в ту ночь, когда пропала Рина.

Я не смела оборачиваться и молилась, чтобы толпа не побежала за мной вглубь леса. Деревья звали меня, манили, казалось, что там меня ото всех скроют тени.

Красная тропинка, вязкая жижа под ногами. Я замешкалась лишь на мгновение и тут же поплатилась за это.

Рванув вперед по тропе, я наступила на что-то твердое и тут же, запнувшись, полетела вниз. Грязь забилась в нос и в рот, лицо больно оцарапало о мелкий лесной мусор, и по носу побежали теплые струйки крови. Я попыталась встать, но что-то тяжелое в тот же миг придавило меня к земле. На меня пахнуло сладковатым запахом ладана, и ухо обдало горячим дыханием.

— Смирись, девушка, — прошептал отец Генри. — Я освобожу твою душу. Верь мне.

Я закричала и забрыкалась, но мужчина оказался слишком сильным. Он перехватил мои руки и крепко стиснул их, прижимая меня к земле.

— Прости, прости, — шептал он. — Я не хочу причинять тебе боль. Смирись и покорись. Мы избавим твою душу от мучений.

— Отпустите! — глухо зарычала я. — Вы потеряли разум!

— Мы нашли веревку! — раздалось со стороны.

— Давайте же, не стойте! — велел отец Генри. — Не думайте о глупых историях. Это просто лес. Настоящее зло в этой девушке!

Мои силы почти иссякли. Руки стянули веревкой так крепко, что я вскрикнула от боли. Меня перевернули на спину и обвязали ей вокруг талии и ног.