Тогда он жалел, что не отвернулись.

Но эти глаза, горящие угли на белом снегу, смотрели с любопытством.

«Разглядывает, как картинку в книжке. Совсем не боится»?

«Страхом не пахнет. Пахнет проблемами», — голос сзади, чуть выше макушки. Фразы привычно рубленные, бесцветные.

— Ты одна? — Вася растерянно почесал нос.

Ребенок кивнул.

«Оставь».

Мужчина встал и осмотрелся. Девочка прижала к воротнику подбородок и пританцовывала на месте. Над головой жалобно трещали осины.

«Скоро будет темно. Она ж тут околеет».

— Замерзла поди? Ну пойдем ко мне в дом, там и печка натоплена, и горячего поедим.

«Зачем? Выйдет боком».

— Мне сестра говорит не ходить с незнакомцами.

— А где твоя сестра?

Девочка пожала плечами и опустила глаза.

«Наверное, в ближайшей деревне живет. Раз сама дошла, больше неоткуда».

Вася замер в нерешительности.

«Ну не силой же ее тащить»?

«На кой она тебе сдалась?»

«Замерзнет же».

«Тебе будто дело».

«Не по-людски».

«Нашел, кому говорить».

Ветер швырнул пригоршню белых хлопьев с новой силой. Те сразу таяли, едва касаясь земли и людей.

— От вас можно позвонить? — спросила девочка, шмыгая носом.

— Можно.

— Ну тогда пойдемте.

— Я Вася.

«Дурак».

— Катя, — она просунула холодную ручонку в его ладонь, и мужчина легонько дрогнул от прикосновения мягкой кожи.

Дома он первым делом сложил её вещи на печь: сушиться отправились белая шапка с помпоном, розовая куртка, невысокие ботиночки с носками и единственная варежка.

Вася принес полотенце, в которое Катю можно было бы завернуть полностью, чистое и хрустящее. Пока вытирал ей голову, руки и ноги, думал, какая же она хрупкая, кажется, сожми покрепче — и посыпятся фарфоровые осколки.

«А я ее своими лапами»…

Девочка походила на попавшего под дождь зайчонка, дрожащего всем телом. Даже пахла мокрой шерсткой.

— Давай покушаем тогда уж.

— Давайте сначала позвоним.

— Телефон заряжается. Ты покушай, обсохни, тогда и позвоним.

Катя на мгновение задумалась, потом кивнула. В ее животе одобряюще заурчало.

Она молча съела тарелку супа. Затем вторую. Тщательно промокнула корочкой хлеба последние капли.

— Сейчас чая попьём с малиновым вареньем. Сам ягоды собирал, — Вася почти ничего не съел, лишь хлопотал вокруг. — Любишь варенье?

— Конечно!

— А чай из блюдечка будешь?

— Это как? — Катя округлила глаза.

— Во дает, из блюдца чай не пила. Наливаешь и сёрбаешь, — Вася продемонстрировал. — Так вкуснее!

Она сёрбала так, что перекрывала вой ветра за окном. И с каждым разом норовила сделать громче предыдущего. А он не мог оторвать взгляда от русых волос, они прилипали к ее лбу, непослушно лезли в блюдце с чаем. Вася думал о ее коже, такой мягкой и раскрасневшейся от домашнего тепла.

— И правда вкуснее!

«Она совершенство».