– Ты тут сидишь, как король на именинах – один, за директорским столом, с классной телкой…

– Она не телка! – Ворон поморщился, плеснул водки в фужеры для воды, поднял свою рюмку. Все трое чокнулись, выпили за встречу, и пацаны пошли своей дорогой.

Колесо веселья раскручивалось всё сильнее. Доносящаяся от основного здания музыка стала громче, в цветных сполохах на танцевальной площадке прыгали, дергались и крутились разгоряченные выпивкой и флиртом люди.

Обещанная Мариной «минутка» затянулась. Наконец она появилась – тяжело дыша и заметно взволнованная.

– Что случилось? – напрягся Ворон.

– Пристали какие-то… Рожи бандитские… Звали прокатиться, в машину пытались затащить… Вот, на руках, наверное, синяки останутся. – Она потерла предплечья.

Ворон с готовностью поднялся.

– Где они?

– Да всё уже… Двое, таких же, мимо проходили, сказали: «Она с Вороном!» Сразу отпустили, вроде, пошутить хотели… Сели в иномарку и быстро уехали.

– Разберемся, никуда не денутся, – мрачно пообещал Ворон. – Как они выглядели?

– Троих я не рассмотрела, а тот, что меня тащил – он такой: коренастый, на щеке шрам и левый глаз прищуренный…

Марина для наглядности прищурила глаз.

– Обнаглели! С кривой рожей девушку клеят! Ясно, что с таким уродом никто не пойдет!

– Я и со случайным красавцем бы не пошла! – обиженно поджала губы Марина.

– Шучу! – сказал Ворон, наполняя рюмку и бокал. – Давай выпьем за удачу. Видишь, как все хорошо обернулось!

– У этой удачи есть имя. Почему они тебя боятся?

– Спортсмены, наверное, – пожал плечами Ворон. – Спортивный круг тесен, как и любой другой, а бои без правил – вещь серьезная. Тут принято уважать друг друга…

– Не похожи они на спортсменов. И на уважающих кого-то непохожи. Скорей бандиты…

– Тебе надо придти в себя. Я снял здесь номер… Не хочешь отдохнуть, успокоиться?

Марина посмотрела на него, то ли оценивающе, то ли размышляя. Ворон замер. Неужели откажется? Мало ли что у них все было – курортные романы обычно не имеют продолжения… Пауза затягивалась.

– А почему нет, Константин Егорович? – наконец, сказала она. И крылья за спиной Ворона вновь зашевелились. Хотя какой-то черный камень упал в ликующую душу, как чернильная капля на безукоризненно белый наряд.

* * *Проснулись они поздно, от стука в дверь. В комнате царил полумрак, но когда Ворон раздернул плотные шторы, оказалось, что солнце уже почти в зените.

– Кто это? – сонно спросила Марина.

– Сейчас узнаем. – Ворон надел брюки и вышел в прихожую.

– Кто?

– Это я! – донёсся голос Оскаленного.

Ворон открыл дверь.

– Извини, Ворон, – сказал Оскаленный, переминаясь с ноги на ногу. Он был в широких светлых штанах, босоножках и красной майке – как курортник в Карне. – Дела накопились.

– Жди меня в ресторане.