Надо сказать, ты оказался доверчивым. Даже слишком, для человека твоей профессии…

– Имеешь в виду спортсмена?

– Нет. Хватит эвфемизмов. Имею в виду бандита.

– Это еще что за слово?

– Бандит?

– Нет, другое. Мудреное, как говорит один мой наставник.

– Вот у него и спроси.

– Ты единственная, кто увидела во мне доверчивость. И только благодаря моему отношению к тебе.

«Нива» свернула на Южный проспект и направилась вниз, к мосту. Справа остались фешенебельные дома из желтого кирпича. Ворон кивнул на них.

– Говорят, простые смертные тут не живут.

Но тебе, наверное, помог главный прокурор? Как ценному кадру?

– Да, в известной степени, это так. А куда ты меня везешь? – вдруг холодно спросила юрист первого класса Головко.

– На природу. Ты же любишь выезжать на левбердон? Знаешь там все базы отдыха и кабаки…

– Ты преувеличиваешь. К тому же, сейчас не время для прогулок. И настроения нет, и погода неподходящая.

– Мы не будем гулять. Просто поговорим по душам.

– А ты спросил меня: хочу ли я с тобой говорить по душам, да еще на природе?

– Нет.

– Тогда разворачивайся обратно!

– Здесь нельзя разворачиваться!

Разговор прекратился.

«Нива» быстро проскочила не очень загруженный мост, съехала на Левобережное шоссе и через несколько сотен метров, не обращая внимания на запрещающий знак, свернула по проселку в рощу. Небо, наконец, разразилось летним тиходонским ливнем, тяжелые капли барабанили по крыше, вода заливала лобовое стекло таким потоком, что щетки на максимальной скорости плохо с ним справлялись. Стало темно, порывы ветра раскачивали деревья и срывали с них пучки листьев. Гремел гром, черные тучи просекались длинными зигзагообразными молниями."

"Ворон не знал, куда он едет и, главное, зачем. Волна злости и обиды спала, только что-то жгло внутри, да угнетало ощущение предательства и обмана. Офаршмаченный пацан – больше не пацан, а он так и не выстрелил, не смыл позора ментовской кровью… Надо вновь собраться с духом, чтобы сделать то, что обязан. А пока он просто вел машину между деревьями и кустарниками, чтобы быть занятым вождением и не думать о том, как поступить в следующую минуту.

Поперек дороги была прокопана канава, и Ворон резко затормозил, – машину занесло и развернуло на мокрых листьях. Все-таки физические препятствия действуют более эффективно, чем дорожные знаки. Хотя вряд ли этим можно хвалиться. Он выключил двигатель, щетки нелепо замерли на середине своего радиуса. Тишина не наступила: выл ветер, забрасывая листьями ветровое стекло, угрожающим крещендо стучал дождь, одновременно обещая и торопя трагическую развязку сегодняшнего спектакля.