— Но такой ты мне нравишься больше.

— И ты, когда не одет как расфуфыренный аристократ, — парировала я, не удержавшись от улыбки.

— Не поверишь, но я чувствую себя здесь чужим, — Эдриан подошёл к окну и опёрся на подоконник, глядя на ночной сад. — На границе было куда проще и понятней. Высшее общество, балы, приёмы, званые ужины… Всё это так фальшиво, натянуто и… неправильно.

— Возможно, это мы с тобой стали неправильными, — я подошла к Эдриану вплотную, практически утыкаясь носом в его спину.

Очень хотелось взять его за руку, прижаться к нему. Похоже, теперь лишь он один смог бы понять меня.

— Может… — Эдриан резко обернулся.

Его по обыкновению строгие, почти чёрствые черты лица смягчились, уголки губ дрожали.

— Может, мы с тобой уедем? — продолжил он. — Вдвоём. Ты… я… и больше никого. А после… можно вернуться в моё поместье. Пусть оно не так далеко от столицы, но там живут твои друзья. Тебе не хочется с ними видеться каждый день?

Роб… Пли… Сердце сжалось от тоски. Они были моей семьёй, и да, я хотела видеть их каждый день!

— Что скажешь? — с какой-то надеждой в голосе спросил Золотой.

— Заманчивая идея, — призналась я.

— Хочу, чтобы ты была счастлива. Со мной или… без меня.

— Без тебя? Мне кажется… м-м-м… — я опустила глаза, не в силах выдержать его пристального взгляда. — Это уже невозможно, Эдриан.

Горячие пальцы коснулись моего лица, прошлись по щеке и губам, заставляя моё сердце биться чаще.

— Тогда… — начал было он, но не закончил. Его губы накрыли мои в сладком поцелуе.

Никогда ещё я не чувствовала себя так… хорошо. Словно с плеч сняли тяжёлый груз и выбросили. В животе порхали бабочки, словно рой разноцветных шелковых лент, запутавшихся в солнечных лучах. Голова кружилась, но не от усталости, а от переполнявшего меня эмоций. Я отвечала на поцелуй Эдриана с той же страстью, что горела и в нём, чувствуя, как наши сердца бьются в унисон.

Его руки, такие сильные и в то же время нежные, ласкали мою спину, прижимая ближе, стирая все границы между нами. В этот момент не существовало ни прошлого, ни будущего, ни боли, ни потерь. Был только он — Эдриан, с его тёплым дыханием на моих губах и ароматом сандала. Мир замкнулся.

Поцелуй становился всё глубже, откровеннее. Я таяла в его объятиях, словно снежинка на ладони, отдаваясь во власть нахлынувших чувств. Впервые я позволила себе забыться, позволила надежде прорасти в моём сердце.

Однако все хорошие, когда-нибудь заканчивается…

Когда Эдриан отстранился, его глаза, обычно такие суровые, светились нежностью и… легко досадой.

— Мне кажется… кхм…

Эдриан отстранился.

— Сейчас не самое подходящее время.

— Почему?

Наверное, мой вопрос прозвучал глупо.

— Забыла? — Эдриан щёлкнул меня по носу. — Капс! А если мы продолжим то я… вряд ли смогу остановиться.