Слышу рваный вздох, больше похожий на рык раненого животного. Мои ноги теряют опору, я оказываюсь на руках и лечу, словно в пропасть, задохнувшись от переполнявших эмоций.

Прохладный шёлк простыней не спасает – тело горит от горячих прикосновений губ, жадных и требовательных.

Бросаю взгляд на панорамное окно – там, внизу, огнями горит жизнь, а здесь, на высоте – рай.

Я на небесах.

Засыпаем почти под утро, когда над городом просыпается бесстыжий рассвет. Где-то вдалеке мелькает мысль, что надо завести будильник, но сил, дотянуться до телефона, нет. Так и отключаюсь с протянутой рукой в сторону, где остался мой телефон.

Я проспала. Впервые за столько лет мой организм дал сбой, не подняв меня в положенное время. Пытаюсь собрать себя, и не могу даже шевельнуться – сил нет. Перевожу взгляд на спящего мужчину: шёлк простыни прикрывает его ноги и бёдра, оставляя открытой широкую спину, на которой видны свежие следы от моих ногтей. Я так цеплялась за него, впиваясь руками, будто от этого зависела моя жизнь, и теперь «узор» будет долго красоваться на его спине. Это было какое-то сумасшествие, даже вспомнить стыдно.

Шальная императрица: «Главное есть, что вспомнить», – мурлычет довольная Муза.

Бросаю украдкой ещё один взгляд на сильное тело, которое дарило столько удовольствия, и хочу пойти в душ, опускаю осторожно ноги, словно могу рассыпаться от одного неловкого движения, как моя рука дёргается: на запястье привязан пояс от халата, который вчера остался лежать на полу.

– Куда собралась? – раздаётся хриплый голос за спиной.

Медленно поворачиваюсь и смотрю на Дмитрия: второй конец пояса намотан на его руку.

– Что это? – выдыхаю.

– Небольшая страховка, – самодовольно протягивает Шейн, подтягивая пояс, пока моя рука не приближается к нему. Дмитрий хватает меня за руку и притягивает к себе. Мгновение – и я лежу, распластанная на его груди.

Мужские руки тут же начинают гладить, начиная со спины и задерживаясь на моей попе. Чувствую, как откликается его тело, а самой хочется задохнуться, не столько от возмущения, сколько от неги, которую дарят эти руки.

– Ты что творишь? – мой голос звучит с придыханием.

– Не даю тебе сбежать. Опять. – Отвечает Дима. В его глазах плещется огонь.

– Я всего лишь собиралась в душ, – пытаюсь оправдаться.

– Ты уверена, что хочешь в душ прямо сейчас? – нашёптывает этот змей-искуситель, ни на секунду не прекращая доводить мой разум до безумия своими умелыми действиями.

Это моя полная капитуляция.

А я ещё планировала кого-то перевоспитать. Ухмыляюсь про себя. Опыта маловато тягаться с мастером.

– Уверена, – выдыхаю, касаясь его губ. Ёрзаю, делая вид, что намерена исполнить задуманное.