Но, как по мне, оно слишком откровенное. Особенно вставленная на груди полупрозрачная ткань.

Волосы Клава разрешила оставить распущенными, только завитыми на концах. Но макияж броский, с ярко-алой помадой.

Клуб находится недалеко от Москва-Сити. Пафосное здание с ярким названием «Sex and Рleasure». На входе стоят два охранника, которые проверяют документы и приглашения. Все это у нас есть, и через несколько минут мы заходим внутрь.

Я никогда практически не была в таких заведениях. Поэтому все это для меня в новинку. Неоновые подсветки тут и там. Темнота и много людей, которые толпятся около сцены, где танцуют девушки в очень откровенных нарядах. По сравнению с ними я слишком прилично одета.

– Пошли в бар, подождем его! – кричит мне подруга, чтобы я услышала.

Иду за ней в противоположном от сцены направлении. Тут огромная барная стойка, где сидят посетители, о чем-то переговариваясь. Как раз два единственных стула свободны.

– Хотите что-нибудь? – спрашивает нас бармен, парень примерно моего возраста, может, старше.

– Нет, спасибо, – отвечает подруга. А потом склоняется ко мне: – Тут очень дорогие коктейли, – говорит она, хотя по сравнению с музыкой это шепот.

Мы сидим примерно полчаса, смотря на танцующий народ. К нам подходит пара парней, предлагая познакомиться, но Клава виртуозно их отшивает.

– Вот он, вот! – восклицает она через несколько минут, а потом резко встает. – Все, я пошла, – поправляет платье.

Если честно, я никого не вижу, вообще не понимаю, как в такой темноте можно что-то разглядеть.

Подруга уходит, больше ничего не сказав. Мне становится некомфортно. Так что хочется уйти. И, возможно, это был самый лучший вариант избежать дальнейшего развития событий.

– О, наконец-то ты одна, – слышу сзади, а потом чья-то рука ложится на мое плечо.

Передо мной возникает лицо парня. Одного из тех, кого отшила Клава, и который мне совсем не понравился. Наглый и самодовольный.

– Твоя подружка слишком борзая, – произносит он, не отпуская меня.

– Уберите, пожалуйста, руку, – вежливо прошу я, мне неприятны его касания, как и сам он.

– Че? Че ты сказала, детка? – кричит он мне в лицо, так что я чувствую неприятный запах алкоголя и табака.

– Пожалуйста, уберите руку! – кричу уже более громко. Но он опять меня не слышит, или не хочет слышать.

– Детка, че ты тут сидишь, пошли танцевать, или, может, сразу уединимся?.. – и он дёргает меня на себя так, что я чуть не падаю, больно подворачивая ногу на каблуках Клавы.

– Отпустите меня! Я сейчас вызову охрану! – кричу, к горлу уже подступает паника. Потому что он не останавливается и тянет меня дальше.

– Зачем, детка? Поверь, тут вся охрана моя, мой друг тут директор, – спокойно произносит он. – Знаешь, как увидел тебя, сразу захотелось.