Громко выдыхаю и наполовину вынимаю член. И снова ввожу. Делаю это пока медленно. Стискиваю зубы от наслаждения и слышу тихий стон Миланы.

И этот стон — это не просьба о помощи.

Начинаю двигаться быстрее и замечаю, что член уже мягко скользит. Вынимаю его, чтобы проверить, и ладонью провожу по складкам. Ныряю пальцем и ухмыляюсь. Течет.

Надавливаю на клитор и Милана приподнимает бедра, встаёт на цыпочки. Ещё чуть-чуть и сорвётся вниз, но я крепко держу ее второй рукой.

Убираю руку и теперь уже резко вхожу в нее. И начинаю долбить. Как мечтал. Сильно и долго.

Ночную прохладу прорезают звуки хлюпанья, шлепков моих яиц о бедра Миланы и ее стоны.

Трензель не позволяет ей пугать местных жителей своими криками в полную силу. Но ее стоны все равно перекрывают все остальные звуки. И не дают мне остановиться.

Член набухает ещё больше и я жду развязки, но продолжаю раздалбливать узкую дырку Миланы.

Чтобы приблизить долгожданное опустошение, приподнимаю ее ноги и свожу их у себя на талии. Теперь Милана нависает над землёй и стоит мне разомкнуть ее ноги, она рухнет вниз.

И, несмотря на неконтролируемое ею удовольствие, она ощущает страх. Ещё больше сжимается внутри, подводя меня к краю.

Одной рукой обхватываю ее за талию, в второй нащупываю клитор, зажимаю его между пальцами и начинаю перетирать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Милана приподнимается и протяжно стонет.

Судорожными рывками сжимает мой член и я едва успеваю вынуть его и одним движением ладони кончаю ей на спину.

Обхватываю ее за грудь и притягиваю к себе.

Срываю с нее трензель, разворачиваю и не в силах больше бороться с собой накрываю ее губы.

Всего лишь раз. Только сейчас. Больше этого не повторится.

33. Дамир

Я позволяю себе непозволительное. Я не целую шлюх. Но желание опять попробовать вкус Миланы Костровой оказывается сильнее принципов.

Терзаю ее губы, прикусывая, облизывая их, толкаясь языком. На этот раз она не сопротивляется. Послушно висит на моих руках, позволяя мне не только сминать ее губы, но и руками жадно стискивать ее молодое тело.

Оторвавшись от нее, я быстро разворачиваю ее и снимаю наручники. Руки безвольно падают вдоль тела. А сама Милана медленно сползает на пол.

Хватаю ее на руки и несу в душ. Ставлю в кабинку к стене и срываю с себя остатки одежды.

Захожу к ней."

"Милана поднимает на меня затуманенный взгляд. Открывает рот, чтобы что-то сказать. Но я наклоняюсь и целую ее. Опять не могу удержаться, чтобы не коснуться опухших и искусанных губ.

Включаю душ и капли воды стекают по нам, остужая разгоряченные тела.