Он паркуется, выходит из машины и решительно идёт ко мне.

— Где Милана? — подходит ко мне непозволительно близко и я вижу, как охранник уже встаёт между нами.

Показываю ему жестом, что разберусь сам, и прошу оставить нас наедине.

— Что ты тут делаешь? И как ты узнал мой адрес? — спрашиваю спокойно.

— Милана здесь? Что ты с ней сделал? — Стас, судя по тону, в отличие от меня сильно нервничает.

— Тебя это уже не касается. Если это все, что ты хотел сказать, уезжай.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, но Стас хватает меня за локоть. Перевожу взгляд на его руку и он убирает ее.

— Отдай мне ее! Она моя! — кричит он.

— Она сама пришла. Я ее не держу.

— Ты шантажируешь ее! Ты опять влез в мою жизнь! Опять хочешь украсть мою мечту!

Так. А вот это уже становится интересным. Даю ему возможность выговориться. Но он как будто вспоминает о чем-то и осекается на полуслове.

— Впусти меня в дом. Я хочу видеть Милану, — требует, сжав кулаки.

— Она теперь моя, — цежу сквозь зубы. — Но можешь не переживать — скоро я верну ее тебе. Получу то, что задолжала мне ее семья, и верну. Она мне не нужна.

— Знаешь что? — Стас ехидно улыбается.

И он вставляет палец в кулак и показывает, что он сделал с Миланой.

— Опять я тебя сделал, — усмехается, видя мое замешательство. — Так что, давай ее мне.

Сжимаю зубы и киваю охраннику. Он понимает без слов. Хватает Стаса и тащит его в машину. Я иду в дом.

— Слышишь, ты, Дамир, — кричит Стас мне в спину, предпринимая тщетные попытки вырваться из лап охранника, — мы ещё поквитаемся! Не можешь забыть историю с Лейлой?! С Миланой будет тоже самое! И да! Я получил твой долг! Слышишь? Я!

Последние слова он кричит уже из машины, куда его впихнул охранник.

Захожу в дом. Ярость, которой наполняется все мое тело, заставляет меня вспомнить все, что мне пришлось пережить, пока я был в тюрьме.

Известие о смерти матери.

Страх быть убитым сокамерниками.

Разбитые надежды.

И месть. Единственное, оставшееся во мне чувство.

И, если до разговора со Стасом я ещё сомневался, то сейчас уверенно иду в гостевую комнату.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

28.

Ногой открываю дверь так, что она громко ударяется о стену. От этого звука Милана, которая сидит у стены, поднимает с колен голову и испуганно смотрит на меня.

Волосы уже высушила и следов слез и спермы на лице нет. И одежда на ней уже не ее. Переоделась. В мою майку и спортивные штаны, закатав их внизу. Не очень эротично. Но мне этого сейчас и не нужно. Я и так достаточно возбужден. А злость, что она ослушалась и легла-таки под Стаса, ещё больше подогревает меня.

Шагаю к ней. Она вся сжимается.