С территории благородного факультета он вывел меня под самым настоящим плащом-невидимкой, и теперь даже на переднем сидении его чудесного кабриолета я никому не видна: никаких прилипчивых взглядов, репортеров. За нами даже квадрокоптеры не увязались.

Красота же!

Только оказавшись вне факультета благородных демонов я понимаю, что чувствовала себя в нем как в клетке. Фантастически приятно оставить его позади, нестись прочь, улыбаться, ощущать тепло руки Леонхашарта, не думать о том, как мы выглядим со стороны, лишь придерживать плащ-невидимку…

— И куда мы? — спрашиваю я.

— Не знаю. — пожимает плечами Леонхашарт. — Просто захотелось увезти тебя подальше от всех, побыть вдвоем, ни на кого не оглядываясь.

Кабриолет скользит по улицам, мощный двигатель позволяет Леонхашарту легко перестраиваться из полосы в полосу, обгонять.

Мы едем в никуда, молчим, но даже это молчание делает нас ближе.

Леонхашарт сворачивает с основной трассы, проносится мимо сверкающих вывесок и уличных кафе, снова поворачивает, и скоро мы оказываемся на огромном стадионе. Он действительно велик, противоположного края от въезда не видно. С боков он стиснут многоярусными рядами кресел.

Благодаря изучению устройства города я знаю, что здесь проводят автомобильные гонки и соревнования по скоростному полету на короткие дистанции, а когда устанавливают препятствия — состязания по воздушному маневрированию.

Несколько автомобилей несутся по размеченным полосам, и кабриолет Леонхашарта устремляется следом за ними. Меня вдавливает в кресло. Полосы на дороге усиливают ощущение безумной скорости, ревет мотор. Мы мчимся вперед, сердце сжимается от страха, но возбуждение уже отвоевывает напряженное тело, расслабляет мышцы. Я смотрю вперед, с каждой секундой ощущение бешеной скорости, почти полета над трассой, все приятнее, и вот я уже улыбаюсь. Леонхашарт тоже улыбается.

На меня нисходит безумно приятное ощущение, что мы уносимся от всех проблем. Прекрасный, изумительный побег от всего!

В поворот мы вписываемся с визгом шин и тормозов, Леонхашарт улыбается шире. Кабриолет мчится дальше, каждой клеточкой я ощущаю рев мотора, его выплескивающуюся в скорость мощь, его хищный рык покорителя пространств.

Вперед-вперед-вперед!

Глаза Леонхашарта блестят, когда он смотрит на меня, его улыбка такая беззаботная и искренняя, что я приподнимаю маскирующую накидку и улыбаюсь в ответ.

Изумительно, просто прекрасно.

А самое замечательное то, что Леонхашарт безошибочно четко определяет момент, когда надо съехать с трассы: мне еще не надоело, но я уже накаталась.

— Прикройся, — просит Леонхашарт, направляя автомобиль к ярко раскрашенному, сверкающему неоновыми огнями кафе с отельным окошком для автомобилистов.