Стол у нас был круглый, так что наставница прекрасно видела всех девушек, а ее место отличалось от наших только креслом вместо жесткого стула.

Леди сама садиться не спешила, встала позади своего кресла, положив на его спинку руки в белых перчатках, и только собиралась что-то сказать, как двери распахнулись и в зал вбежали сразу две запыхавшиеся девушки. Где потерялась еще одна – не знаю, но две вот нашлись, а еще одна успела проскользнуть вслед за мной, когда наставница уже материализовывалась. Так что почти все в сборе.

Эти девушки были из, предположительно, иномирянок. Они застыли столбом перед грозным взглядом женщины.

– П-простите, – промямлила одна из них и тяжело сглотнула. – Мы заблудились.

Как можно заблудиться в прямом коридоре и одной лестнице – я лично не знаю. Это они у нас в институте не были, м-да… А вот потеряшка из местных, но не высокомерных стерв, а обычных. Вроде бы. Я ее запомнила по огненно-рыжим волосам – очень яркая девочка. Кстати, есть же еще одна потеряшка – ту девушку, что несли на носилках, я так больше и не видела. Она не присутствовала на собрании и не появилась на завтраке, стула для нее тоже не было.

– Миледи, – начала наставница елейным голосом, – в приличном обществе не принято опаздывать на занятия, в приличном обществе не принято вламываться без разрешения, в приличном обществе не принято оправдываться. Опоздавшие не допускаются к занятиям, а это, в свою очередь, значит, что они не усвоят часть материала, которая им пригодится для завоевания Высшего. На первый раз я вас прощаю, но и без наказания оставить не могу. Вы лишены завтрака, встаньте за спинки своих стульев, слушайте, смотрите, но к еде вы не притронетесь.

А вот это очень изощренное наказание на самом деле. Смотреть, как едят другие, глотать слюнки, стоять, в конце концов, когда другие сидят. Это я не говорю про то, что вряд ли наш прием пищи займет пять минут.

Девушки вспыхнули, однако не посмели возразить, а покорно встали за спинки стульев, руки по швам, и уставились на наставницу, пожирая ее преданными взглядами.

Я даже ущипнула себя за руку, чтобы ничего не сморозить, а очень хотелось. Например, напомнить преподавательнице по этикету, что вообще-то сначала положено представляться. Впрочем, она будто прочитала мои мысли...

– Наше занятие началось неожиданно, – продолжила как ни в чем не бывало женщина, – поэтому я сама нарушила этикет, не представившись. Итак, меня зовут леди Латана Маер, и я буду преподавать у вас этикет и музицирование.

Так, приехали. Больше бабушки с ее этикетом я ненавижу только две вещи: музыку и балет."

"Мои родители – известные музыканты, и они пытались в силу своего разумения развить в детях творческие таланты.