А еще мне чертовски хочется перебить образ с ромашками, который отпечатался на подкорке, и заменить его на другой. Тот, где она будет с моими цветами. Поэтому снова отправляюсь к турагентству.

В этот раз я умнее. Еду к ней на служебной машине, о существовании которой Вознесенская точно не знает. И сижу на заднем сиденье, где стекла затонированы наглухо. Даже если вплотную подойдешь – не увидишь того, что происходит в салоне.

Снова наблюдаю, уже не задаваясь вопросом, зачем мне это надо.

Надо! Точка!

Сижу, жду, нетерпеливо постукивая пальцами по подлокотнику. До закрытия остается, наверное, минут десять и Лерка должна вот-вот появиться. Внутри предвкушение. Острое, с пикантными нотами. Я испытываю азарт. А еще мне интересно, догадается ли она, что я снова здесь.

Кажется, пора лечиться. Потому что стоило только Вознесенской появиться на горизонте, как у меня снова активировался режим шибанутого оленя.

Жду.

Отсчитываю секунды.

Предвкушаю.

…А потом двери открываются и на порог выходит какой-то старый хрен с пузом, а следом за ним пышная румяная женщина с МОИМ БУКЕТОМ!

У меня дыхание перебивает. Смотрю и ни черта не понимаю, что происходит.

Какого…Вашу ж…Да ёп… Слов нет. Одни междометия."

"Эта рыжая…нет белобрысая зараза, отдала цветы какой-то левой тетке? Это вообще нормально?

Я на грани того, чтобы начать убивать. Еле сдерживаюсь, чтобы схватить телефон и не позвонить этому в край обнаглевшему Ежу. Впрочем, нужды в звонке нет, потому что причина моего нервного затмения тоже появляется на крыльца. Вместе со своими коллегами из турагентства.

Я наблюдаю, как все они, включая мою головную боль, забираются в машину к начальнице и уезжают.

Зашибись день.

Меня колбасит и, я понятия не имею, как с этим справиться. Эмоциональный перегруз. Снова еду на квартиру, уже совсем невежливо отмахиваясь от Эли. Запарила. Мне еще две недели с ней на одном острове сидеть.

Оказавшись дома, первым делом залезаю под ледяной душ, в надежде, что он с меня всю дурь смоет и поможет успокоиться.

Как бы не так. Все равно крутит. Перед глазами тетка эта с моими розами. Я их для Ежика выбирал! А не для какой-то…

Бесит.

Настолько, что я все-таки не выдерживаю и звоню ей.

Лера отвечает не сразу и ее голос звучит холодно и настороженно:

– Демид?

– Ну а кто еще!

Тяжкий вздох в трубке.

– Чего тебе надо?

Я не знаю, чего мне надо. Сам не понимаю. И это капец как напрягает, потому что я привык целиком и полностью контролировать свою жизнь, просчитывая каждый шаг наперед.

Жизнь рядом с Леркой просчитать никогда не удавалось. Она моя аномалия. Мой Бермудский треугольник, в котором сбиваются все привычные ориентиры.

– Ничего…До меня тут дошли слухи, что мои цветы ушли какой-то тетке.

Боже, я жалок.