Алексей — это мой свекр, и в прошлом телефонном звонке, который был с моей стороны лишь вежливостью, он повздыхал, что было бы неплохо перед свадьбой любимой внучки вживую встретиться и поболтать, а то я... какая-то отстраненная стала. Он же волнуется.

— Выпьем чаю, — прикладываю к уху телефон, не спуская взгляда с Богдана. Если он не дает мне ответов, то пусть это сделает его отец, — а то я, правда, с твоим отцом как-то холодна.

Гудки обрываются низким голосом свекра:

— Слушаю, Любаш, — рявкает на кого-то, — да осторожно вы! Меня жена живьем сожрет, если вы эту вазу разобьете! Аккуратно! Вот так.

.. Поставили и ушли быстро!

— понижает голос до приветливой мягкости, — извини, Любаш. Мне Катюша решила в кабинет купить новую вазу, а то у меня тут как в морге.

— О, я бы на нее с удовольствием посмотрела, — беззаботно отвечаю я, продолжая буравить недобрым взглядом Богдана, который поднимает бровь выше.

— Вы не против? Я сейчас приеду.

— Как я могу быть против? Приезжай, вместе полюбуемся на мою новую вазу.

Глава 19. Не на тебе

Богдан распахивает входную стеклянную дверь, и я торопливо выхожу на улицу.

Меня от густого и сладкого запаха роз начало уже подташнивать.

— До свидания, — летит в спину голос моего будущего зятя, который затем переходит на шепот,

— у меня есть одна идея...

Света кокетливо смеется, фыркает и что-то в ответ шепчет, но я уже не слышу. Да и не мое дело. У

будущих мужи и жены сейчас время такое: игривое, страстное и сладкое.

На крыльце я ускоряюсь, но Богдан все же нагоняет меня и успевает взять меня под руку, когда я заношу ногу, чтобы спуститься на одну ступень.

— Не в твоем положении так скакать, милая, — заявляет он и крепко держит меня под локоть.

—

Осторожно.

— Пусти...

— Тут ступеньки крутые.

Какой заботливый у меня муж, но и раньше он тоже всегда вел себя как истинный джентльмен: дверь откроет, стул придвинет, поможет надеть или снять верхнюю одежду.

Но такой он был только со мной, со своей мамой и нашей Светой, а с остальными женщинами он всегда держал себя холодно и отстраненно. Не кидался ручки целовать или накидывать на плечи пальто.

— Что, поедешь со мной к отцу? — ехидно спрашиваю я.

— Чтобы проконтролировать наш разговор? Чтобы твой отец не наговорил лишнего?

— Я думал, что стоит сопроводить тебя и закрыть от возможной агрессии с его стороны... —

Богдан смотрит перед собой. Затем он хмыкает и переводит на меня снисходительный взгляд, —

но ты же уже девочка взрослая, да?

А он прав.

С чего я вдруг решила, что свекр внезапно скажет что-то против сына, которого покрывал все эти годы?

— Но если я тебе нужен, — Богдан продолжает ухмыляться, — то я могу побыть с тобой.