Однако здесь их ожидало разочарование – ворона была прострелена навылет, пули не было. Тихонов уже хотел уезжать, но Савельев, у которого терпения почему-то всегда оказывалось больше, деловито спросил мальчишек:

– Ворона-то где сидела, когда вы стреляли?

– Вон, в развилке клена, – показал Сережка на старое ветвистое дерево. Савельев сказал:

– Вы здесь минутку погодите, – и с озабоченным видом куда-то ушел. Вернулся он скоро, волоча за собой ветхую деревянную лестницу. Скинув свое замечательное розовое пальто на руки Стасу, Савельев приставил лестницу к дереву, ловко и быстро влез наверх и закричал:

– Здесь?

– Чуть повыше! – показал Муртаза.

– И левее, – уточнил Сережка.

Савельев достал из кармана носовой платок, осторожно обмел прилипший к коре снег, уткнулся носом в развилку. Глядя на его рыжую шевелюру, Тихонов улыбнулся: «Ну чистый дятел». А Савельев продолжал методично обметать снег.

– Есть! Вот входное отверстие виднеется. Выковыривать будем или как?

– Или как, – отозвался Стас. – Будем выпиливать участок, где находится пуля. Слезай, надо достать инструменты и сходить за понятыми.

Надевая пальто, Савельев досадливо морщился:

– Скажи на милость, где сейчас понятых найдешь – на морозе-то стоять! Без них не обойдемся?

– Нельзя, брат Савельев, – сказал Тихонов. – По закону вещественные доказательству с понятыми изымать надо. Значит, быть по сему!..

3

В коридоре Тихонов встретил худощавую подтянутую девушку – инспектора отдела разрешений.

– Добрый вечер, Галочка, – сказал Стас. – А я как раз к вам собрался. Вы проверили тот номер, который вам Савельев днем принес?

– Здравствуйте, товарищ Тихонов, – официально сказала девушка. – Задал же мне работки ваш Савельев! Ведь у нас винтовки числятся по фамилиям тех лиц, которым выданы разрешения на пользование оружием, поэтому все пришлось в обратном порядке проверять. Должна вас огорчить: винтовки, интересующей вас, на нашем учете нет и не было. Справочку пришлю завтра…

«Этого следовало ожидать, – размышлял Тихонов по дороге к себе. – Вряд ли кто бросит на улице винтовку, зарегистрированную на свое имя. Но владельца теперь уже надо найти во что бы то ни стало – здесь может начаться очень интересная ниточка».

Тихонов вошел в кабинет, включил настольную лампу – при неярком ее свете комната не казалась такой унылой. Достал из ящика стола записную книжку, полистал, снял трубку.

– Алло, связь? Примите заказ на Тулу. Гормилиция, уголовный розыск, Хохлова.

Хохлов отозвался сразу, как будто ждал звонка Стаса.

– Привет, Толя, – сказал Тихонов. – Как жив? Вот и отлично. Толя, у меня к тебе срочная и очень важная, просьба. Добро, ты же знаешь – за мной не пропадет. Так вот, слушай. Поедешь на оружейный завод, в отдел сбыта.