Мы уже закончили, я собирался уезжать, тут вижу, ты несёшься, как буйвол на водопой. Что-то стряслось?

— Время есть? Пойдём посидим в баре.

Васнецов был рад встрече со старым другом, ему сейчас требовалось выговориться.

— Пойдём, дружище, — Богдан обнял Васнецова за плечи. — Расскажешь, что у тебя случилось, кто тебя обидел в нашем райском уголке.

У Алексея не было ощущения, что его кто-то обидел. Но он чувствовал себя так, будто получил кирпичом по голове. Во вторник он узнал, что у него есть сын. И вечером того же дня занимался сексом с бывшей женой-изменницей.

А за десять дней до этого ему привезли шестимесячную дочку, и о ней он раньше тоже ничего не знал.

С ума сойти!

Бабы словно сговорились. Это у них развлечение такое — детей от него прятать?

У Васнецова не хватило бы слов и литературных способностей, чтобы описать, что он сейчас испытывает. Его захлёстывало раскалённым потоком бешеных эмоций, вся его жизнь в очередной раз перевернулась…

— Что у тебя с пальцем, Лёха? — Богдан покосился на руку Васнецова, сжимавшую стакан с виски. Они устроились за стойкой бара. Янтарный напиток мерцал в бокалах.

 — Дверью прищемил, что ли?

— Да так, ерунда, — отмахнулся Алексей. Он тоже посмотрел на синяк и вдруг почувствовал, как по спине сошла обжигающая лавина — скатилась вниз, опалила каждый нерв. В брюках сразу стало тесно, член напрягся, затвердел.

«Ты достал, успокойся уже!» — мысленно рявкнул на себя Васнецов. Его бесило, что любая мысль о Веронике приводит его в состояние полной боевой готовности.

Надо же, как она его за палец цапнула! Кусается и царапается, как дикая кошка…

От этих мыслей член окончательно окаменел и неудовлетворённо заныл.

Тягучее томление постепенно заполнило нижнюю часть тела, а в груди наоборот стало пусто и гулко.

Васнецов тряхнул головой и залпом выпил остатки виски. Потом кивнул бармену — ещё!

Богдан с интересом наблюдал за другом.

— Нехило тебя колбасит, братан. Колись, что произошло.

Алексей сжал в руке стакан с новой порцией алкоголя, вздохнул… Весь его рассказ уложился в пять минут, он не сильно вдавался в подробности.

— Ну и дела, — покачал головой Богдан, когда услышал историю друга. — Полугодовалая дочка, четырёхлетний сын, жена… И ты ничего не знал… Ох**нный расклад! Теперь я понимаю, почему ты сюда влетел, не разбирая дороги, с красными глазами.

— Бл**ь, да у меня крыша едет, Богдан.

— Тебе надо успокоиться, Лёш. В принципе, подумай… Ты же очень счастливый человек. Ты внезапно разбогател — у тебя сразу и сын, и дочка. Повезло! Жаль, конечно, что жена так с тобой поступила. Когда вы поженились, я с твоей Вероникой даже познакомиться не успел. Но такой поступок не очень-то её характеризует. Могла бы и намекнуть, что у тебя сын подрастает.