Я в ужасе от того, что только что происходило между нами, и еще в большем ужасе от понимания, что могло бы случиться, не приди кому-то в голову так настойчиво ломиться в комнату. В шоке от самой себя.

Быстро поправляю блузку, пиджак и прическу. Не глядя в сторону наглеца спешу к выходу. Помада…у меня на губах ее не было, так что с этим все в порядке.

Пытаюсь открыть дверь и только после того, как сделать это не получается, до меня доходит, что она закрыта изнутри на задвижку.

Черт, он и это предусмотрел.

— Это Анатолий, охранник, — доносится из коридора, — у вас все в порядке?

Сдвигаю щеколду в сторону, распахиваю дверь и фокусируюсь на мужчине.

— Здрасти еще раз, — доброжелательно и несколько заискивающе говорит он.

Киваю.

Я все еще в раздрае после сокрушительного поцелуя, поэтому слова охранника доносятся словно сквозь туманную вату.

— Что-то случилось?

Охранник не выглядит испуганным, но на всякий случай интересуюсь.

— Хотел сказать, что у нас в холле установлен автомат с отличным кофе. Но если не подойдет, то прямо за углом есть кофейня. Ее все хвалят.

Кофе?

Что мне сейчас необходимо, так это ледяной душ, но не спешу отказываться и от кофе.

Это отличный шанс разорвать то неконтролируемое притяжение, что возникло между мной и Давидом в комнате, немного проветриться и охладиться.

— Конечно, кофе, — киваю, — очень своевременно…ммм…Анатолий, спасибо. Я как раз мечтала о нем, также, как и Давид Георгиевич.

Рискую обернуться и посмотреть на Бергмана.

Он стоит, широко расставив ноги и сунув руки в карманы брюк. Лицо, как и все тело, напряжены. Сканирует меня взглядом.

При моих словах его губы искривляются в некоем подобии усмешки.

Он прекрасно понимает, что нам сейчас совсем не до кофе и ничуть не верит моему полному энтузиазма голосу.

Возвращаю взгляд на охранника.

— Пойдемте, — говорю своему спасителю и оттесняю его в коридор, — вы покажете мне автомат и поможете определиться с выбором. Наверняка, там не меньше десятка вариантов.

— Да, с удовольствием. Я уже все перепробовал, пока скучаю на дежурствах.

Вдвоем мы идем по коридору мимо всех дверей к выходу.

— Вот, — широким жестом указывает Анатолий, и я замираю перед автоматом. Теперь и правда придется покупать, но перед этим все же потяну немного.

Возможно тогда мои мысли встанут на место, и я начну лучше соображать. А то и в кофейню прогуляюсь.

Мне не просто нужно успокоиться, но и решить, как быть дальше.

Жаль, нельзя попросить охранника, чтобы он вместо своего поста сидел с нами, обеспечивая своим присутствием мою неприкосновенность.

Пока я колеблюсь между Эспрессо и Латте, дверь в здание распахивается и на пороге вырастают двое худых взъерошенных подростка лет шестнадцати-восемнадцати.