И в следующую секунду прихожу в бешенство, слыша слова охранника:

— Шеф, а в клубе её нет…

Глава 58

Глава 58

— В смысле – нет?

Самообладание трещит по швам.

— Пропала.

— Как пропала?

— Не знаю, шеф… Я в машине сидел. Мимо никого пропустить не мог. Она не выходила.

— Идиот, — тихо вздыхаю, устало потирая переносицу пальцами. Но его не виню – я сам разрешил ему остаться в машине, чтобы не привлекать к Ульяне много внимания. А она могла запросто ускользнуть через запасной выход. О нём я не подумал. — Иди порасспрашивай её коллег, куда она могла деться. Вдруг в туалете сидит, блюёт. Токсикоз – дело такое.

— Проверю.

Он отключается, а я чуть не бьюсь головой о деревянный стол.

Хочу убивать и крушить. А ещё – задушить себя собственными руками. За тупость. Мог и догадаться, что она может сбежать. Это же Ульяна. Непоседа. Вытворит что-нибудь, а ты потом за ней бегай.

Но теперь она не одна убежала. С ребёнком. Моим, мать его, малышом. Которого я хочу, да. Никогда не хотел. Не задумывался. Но после расставания в пару дней, которые я провёл в компании с братом, понял, что семья… это то, чего я хочу. Особенно с Сирениной.

И отцом готов стать внезапно. Хотя раньше вообще себя в этой роли не представлял.

А тут… что-то перемкнуло. Закоротило. Помешался… Как долбаный одержимый.

Отвлекаюсь на мигающий телефон.

Неужели Гена нашёл её? Так быстро?

Но нет. Сообщение не от Гены. А от той, которая за секунду заставит волноваться.

Открываю сообщение и с трудом удерживаю телефон в пальцах, чтобы не выкинуть его в окно.

«Я уехала к бабушке и дедушке. Знала, что ты меня не отпустишь, поэтому убежала. Прости, вернусь, как всё им расскажу. Только не приезжай, не создавай мне проблем».

Одна маленькая соплячка обошла охранника. Обошла меня. И легко смылась, как она умеет."

"Мне ничего не мешает остановить то, на чём она сейчас направляется в свою деревню Гадюкино. Но не травмирую ли я её? И так веду себя, как долбаный дикарь, который не желает показывать свою самку остальному миру.

Вернуть домой её надо… Но, с другой стороны, беременные такие ранимые, что я боюсь её ранить. Морально, конечно. Физически никогда больно не сделаю.

Но спокойно сидеть не смогу. Поеду за ней. Буду наблюдать издалека, чтобы не вляпалась в неприятности.

Подрываюсь с кресла, хватаю телефон, собираясь закинуть его в карман. Но тот вибрирует, оповещая о звонке.

Сердце замирает, надеюсь, что это Ульяна, решившая остаться.

Но нет. Мирон звонит.

Прислонив телефон к уху, отвечаю на звонок:

— Слушаю.

— Как официально, — хмыкает брат. А мне сейчас не до шуток. И не до его хорошего настроения.

— Что хотел? Давай быстрее. У меня дела.

— Напоминаю, что через три дня у родителей юбилей. Они сорок лет как вместе. И ты не можешь не прийти. Будет узкий круг людей.

Блять.