Дамиана Росси оттаскивают несколько парней. Он выглядит разъяренным, но невредимым. Другой мужчина, муж Ортензии, скорчился на соседнем стуле, прижимая к подбородку пакет со льдом. Остальные гости собрались в небольшие группы по три-четыре человека, переговариваются между собой и машут официантам, чтобы те принесли еще выпивки. Типично.

— Все безопасно, — говорит Алессандро.

Я даже не смотрю на него, оглядываясь по сторонам и направляясь к бару, где Элеонора стоит с Пьетро. Ощущение того, что я крепко обнимаю Алессандро, не исчезает. Я хочу большего. Это как мгновенная зависимость, которую может насытить только он.

Я презираю это.

— Джин с тоником, — говорю я бармену и занимаю место справа от Элеоноры.

Если бы здесь был мой муж, у него бы точно случился приступ. Жену Рокко Пизано никогда не увидят ни с чем, кроме вина. Ну, к черту Рокко. И к черту жену Рокко. Я сама по себе, у меня есть свои предпочтения и недостатки. И я ненавижу вино. Муж изо всех сил пытался подавить меня, и я ему это позволила. С каждым унизительным замечанием, с каждым ударом позволяла себе замыкаться все сильнее и сильнее, пока от меня не осталось почти ничего.

Только после того, как меня трахнул, а потом оттолкнул мой телохранитель, я пришла в себя.

— Боже мой, это было ужасно, — восклицает Элеонора. — Одна из пуль повредила потолок. Думаю, нам больше не разрешат арендовать это место.

— Скорее всего, нет. — Я пожимаю плечами, беру фужер, который бармен поставил передо мной на подставку, и делаю большой глоток.

— Мне нужно найти Джанкарло. Может быть, он сможет образумить менеджера. Пьетро, ты можешь составить компанию Равенне?

— Конечно. — Пьетро кивает. — Равенна, ты как, держишься?

— По сравнению с моей свадьбой это просто мелкая ссора.

— Да, я помню ту ночь.

— Я тоже. Очень хорошо.

Во время свадебного банкета напали ирландские наемники, когда все были на улице и смотрели фейерверк. Несколько человек погибли, и Рокко пришлось до утра разбираться с властями. Он пришел домой в ярости и попытался меня трахнуть. Потом он меня избил.

— Нино сказал мне, что Рокко потерял одного из своих охранников ночью. Федерико, верно? Бедолага, так подавиться едой.

Фужер выскальзывает у меня из рук и разбивается об пол.

Мой взгляд устремляется на Алессандро, который снова притаился у стены. Его поза неподвижна — спина прямая, взгляд устремлен на Пьетро.

— Равенна? С тобой все в порядке? — спрашивает Пьетро.

— Я в порядке, — шепчу я.

Это просто совпадение? Не может быть. Он спросил у меня имя охранника, который знал, что Рокко ударил меня в ту самую ночь. Сердце подпрыгивает в груди. Может быть, он все-таки что-то чувствует ко мне? Стоп. Я должна перестать думать о нем. Сегодня утром он ясно дал понять, что чувствует ко мне.