Прикосновения умелых рук разжигали в моём теле настоящий пожар и, не сдерживаясь, я позволяла себе издавать хриплые стоны.

Когда всё закончилось, обессиленные мы устроились на том же пледе на мансарде. Я снова лежала у него под боком, будто так делала всю жизнь, а он, зарывшись пятёрней на моей макушке, перебирал волосы.

— Кать, а до скольких месяцев можно заниматься сексом? — неожиданно спросил Шахин, заставляя меня улыбнуться.

— Не знаю. Я спрошу у гинеколога в следующий раз, когда пойду на приём. Переживаешь, что придётся вспомнить подростковый период, когда на ладони были одни мозоли? — тихо хихикнула я, а он прижал меня к себе и нежно поцеловал в висок.

— Боюсь навредить малышу. Кстати, а когда нам скажут пол ребенка?

— Уже сказали на последнем УЗИ. Внутри меня растёт маленький мальчик.

— Сын… — произнёс вслух Шахин и ощутила столько нежности и гордости в одном слове, что чуть не захлебнулась от нахлынувших вдруг эмоций.

В скором времени мы поднялись с пледа и прошли в дом. Шахин сразу отправился в душ, а я вдруг проголодалась и спустилась на первый этаж на кухню. Отыскала в холодильнике еду, поставила её разогреваться в микроволновку.

Неожиданно раздалось негромкое пиликанье, оповещая о входящем сообщении. Я обернулась назад и, увидев на столе мобильник Мурата, не смогла сдержать любопытства. Да и кто мог ему писать в двенадцатом часу ночи?

Телефон оказался без пароля и ожил в моих руках от прикосновения к кнопке разблокировки. Я нажала на белый конвертик и, пробежав взглядом по печатным строчкам, ощутила в лёгких нехватку кислорода.

— Ты проголодалась, котёнок? — его низкий голос заставил меня встрепенуться и выронить из рук телефон.

— Не подходи ко мне, — прошипела, когда Шахин медленным шагом двинулся в мою сторону.

— Кать, что случилось?

Я не смогла ответить из-за противного кома, неожиданно подкатившего к горлу. Из глаз брызнули первые слёзы, и я отвернулась, пряча лицо в ладонях.

Он подошёл со спины. Хотел обнять, но я отпрянула, стоило его рукам коснуться моего тела.

Услышала, как Шахин опустился на корточки, чтобы поднять телефон. В воздухе повисло напряжение. Я злилась. На себя. На него! Зачем он так со мной? Я же не просила вмешиваться в мою жизнь, никого не заставляла быть рядом.

— Экран треснул, — вздохнул Шахин, — но я прочитал. И ты, видимо, тоже прочитала.

Я ничего не ответила на его реплику и тогда Мурат схватил меня за руки чуть выше локтя, резко рванул на себя, разворачивая лицом.

Его чёрные глаза метали молнии. Он злился, а потому желваки на его челюсти ходили ходуном, а крылья носа раздувались в стороны.

— Это не то, что ты подумала.