Арен все же отталкивает меня за спину.

По облачной поверхности Безымянного ужаса и его куска проходит синхронная дрожь. Снова и снова.

Пульсация учащается, нарастает гул, от которого хочется лапами зажать уши. Крик рвется из груди, ушам больно, сердцу так больно..."

"Облачный щит выплескивается, выстреливает в стороны длинными иглами: к Нергалу, Магарет, к окутанным тьмой вампирам, и сразу несколько — к нам. Я выдыхаю пламя, укрепляя щит до огненного, Арен тоже. Демоны закрываются тьмой до небес. Льдом окутывает себя и Виторию уменьшившийся до человека Саран.

Должны удержать!

От напряжения грудь взрывается болью, из-за резкого выброса магии темнеет в глазах. И все же я вижу, как осколками осыпается тянувшийся к Нергалу шип, как трескается другой такой в мощной руке Магарет и развеивается прахом.

«Лера-лера-лера!» — грохочут голоса Арена, Пушинки, Рассекающей, Пронзающего.

Глава 10

Гудит в ушах. Наши щиты опадают. Рядом дымчато сереет шип, тянется к Сарану и Витории, но ему не хватило сил пробить многометровый лед, ледяные отступили, и шип всасывает магию из наколдованного льда, жадно втягивает, и тот рассыпается, растекается водой. Вдруг шип резко удлиняется, Саран успевает оттолкнуть Виторию, но его плечо пробивает острым концом. И тут же магию выдергивает, начинает вырывать из его тела. Саран падает на колени.

— Помогите им, — шепчу я, пытаюсь выдохнуть пламя, но не получается.

— Изумительно, — восхищенно произносит красноволосая демоница. — У Безымянного ужаса простои изумительный арсенал, как жаль, что его невозможно полноценно изучить.

Ее слова тонут в звоне в ушах. Почему-то Арен припадает на передние лапы, опускается на землю. Как же болит в груди. И лапы разъезжаются... и... почему все так смотрят на нас?

Опустившиеся крылья Арена открывают демона с переливающимися прядями. Шип пробил его насквозь, нанизав на острие и прятавшуюся за ним брюнетку...

Их щит не выдержал?

Мир переворачивается, и меня с силой ударяет о землю. Все кружится. И в груди опять больно, так больно, что трудно дышать. И во рту вкус металла.

«Лера...» — тускло звучит голос Арена.

Не только щит демонов не выдержал... Боль разрывает изнутри, разливается по телу, рвет когтями сердце.

«Арен, Арен...» — меня колотит, как в лихорадке, я с трудом поднимаю голову: Арен лежит передо мной, едва дыша, бессильно распластавшись. От его груди к Безымянному ужасу уходит тонкое, острое тело шипа... нет, не шипа: канала, через который у него откачивают магию.

У него и у меня тоже. И у Сарана, и у лидера демонов, и у кого-то из не успевших увернуться вампиров. Вокруг все приходят в движение.

— Надо что-то делать!

— Перерубить!

— Выжечь!

— Перебить снарядом.

Заполошные голоса звучат, как сквозь толщу воды.