— Выходим! Хозяева, за беспокойство простите, а за угощение спасибо от всей Красной армии.

Разведчики вышли во двор. Михаил спрыгнул с крыши. Вокруг было уже совсем темно, лишь кое-где из-за прикрытых ставень пробивались слабые лучики света.

Деревенские пользовались лучинами, как их прадеды в старину — достать керосин для освещения или свечи было невозможно.

Гуськом, след в след разведчики вышли из деревни. За ночь предстояло прошагать десяток километров вдоль передовой, а потом идти к ней. Фирсов планировал за ночь подобраться поближе, понаблюдать, определить удобное для перехода место, и следующей ночью перейти к своим.

Они шли по полю, каждые четверть часа меняя впереди идущего. Ему приходилось тяжелее всего: снег был глубокий, а первому надо было торить дорогу для всех.

Этот десяток километров дался трудно, выдохлись все. Дороги в этих местах шли в основном с запада на восток, а разведчики шли с юга на север. Легче стало во второй половине ночи, когда они повернули к передовой. Сначала вышли на санную дорогу, потом — на укатанный шлях. Теперь шагалось быстрее. Впереди, метрах в ста шёл дозорный.

Пройти по дороге удалось километров десять, и это была просто удача. Бойцы взбодрились — это не по степной целине пробиваться. Но потом дозорный остановился и поднял руку. Вся группа бросилась с дороги в поле и залегла.

Вдали послышался шум моторов, мелькнули синие огни фар — приближалась колонна автомашин. Впереди ехал мотоцикл с коляской — его-то и засёк издалека дозорный.

Маскхалаты не позволили немцам засечь разведчиков — их фигуры сливались со снегом. Мимо разведчиков, совсем рядом, обдавая их бензиновыми выхлопами, прошли пара «Опель-блитцев» и восемь тяжёлых «Бюссингов». Колонна уже скрылась, а в морозном воздухе ещё долго держался запах сгоревшего бензина.

Разведчики снова вышли на дорогу и двинулись прежним порядком.

Едва они прошли пару километров, как увидели впереди большое село. На улицах, в непосредственной близости к домам, стояли автомашины.

Разведчики обошли село стороной, сделав изрядный крюк.

До утра, где по дорогам, а где и по снежной целине они добрались до ближайших немецких тылов. Сначала наткнулись в деревне на немецкий госпиталь. С ним определились легко — по машинам с красными крестами на бортах фургонов. Только обошли их, как в роще напоролись на батарею тяжёлых гаубичных орудий. Фирсов определился на местности и нанёс расположение батареи на карту.

А уж потом они то шли, то ползли, поскольку немецкие подразделения стали встречаться чаще. Пока выручала темнота и помогал холод — без нужды немцы нос на улицу не показывали.

Когда небо на востоке начало сереть, они улеглись в чистом поле на небольшом пригорке.