И тут же из немецкой траншеи в нашу сторону раздалась пулемётная очередь.

Как потом понял Алексей, снайпер подорвался на мине. К нему бросились на помощь и наступили на другую мину.

Так на самом деле и оказалось. Захваченный через день «язык» показал на допросе, что снайпер подорвался на мине — ему оторвало ногу. Он закричал, ему на помощь бросился второй снайпер из пары, так его взрывом наповал уложило.

Немцы сразу поняли, в чём тут дело, и послали сапёров. Те обнаружили третью мину и обезвредили.

После допроса Алексея вызвал к себе помощник начальника штаба.

— Взрывы на немецкой стороне — твоя работа?

— Так точно!

— А как же ты узнал, что у снайпера позиция там?

— Ночью лазил. Для снайпера деревья — очень удобный схрон. Нашёл на дереве железные скобы, стало быть — не ошибся. Ну и решил поставить три мины. Две сработали.

— Молодец! Объявляю тебе благодарность!

— Служу трудовому народу!

— Винтовку можешь не сдавать, воюй.

Глава 9

РЖЕВ

Ещё с зимы наши войска безуспешно пытались отбить у немцев оккупированный Ржев. Атаки с переменным успехом продолжались уже полгода, солдат положили множество.

Советским войскам удалось освободить только Зубцово и Карманово, да ещё ликвидировать вражеский плацдарм на левом берегу Волги. Правда, они зацепились за окраину города. Туда и был переброшен полк, в котором служил Алексей. Полк вообще-то отводили на переформирование, поскольку из-за потерь в нём остался едва ли полноценный батальон.

Однако далеко в тыл полк отвести не успели, видимо — с резервами было совсем туго. Полк посадили на грузовики и доставили к городу. Обескровленная непрерывными боями дивизия взять город не могла.

Пока ехали, Алексей, как и другие солдаты, смотрел на места боёв. Перед глазами проплывали сгоревшие танки, искорёженные, с оторванными колёсами пушки. Убитых уже успели схоронить. Но по всему было видно, что бои здесь шли тяжёлые.

Вечером, по прибытию колонны к пригородам, солдат накормили и раздали боеприпасы. Командиры рот и взводов получили карты города, до них доводились задачи и цели. Командиры подразделений знали, какие кварталы города они обязаны были штурмовать.

Утром командиры отвели свои подразделения на выделенные кварталы.

Захваченные здания удерживали наши бойцы из другой дивизии."

"Город был сильно разрушен, везде лежали груды битого кирпича, в которые превратились здания. По улицам было невозможно ни пройти, ни проехать. Людей не было видно. Местные жители город большей частью покинули, оставшиеся прятались в подвалах. Но стоило солдатам пойти в атаку, как развалины ожили. Из окон подвалов и домов немцы стреляли из всех видов оружия. Огонь был таким плотным, что солдаты залегли, укрываясь в воронках и за кирпичами.