— Ну это ладно, — промолвил Полубой, — а вот где наш друг Керрор?

Риталусы сорвались с места и, цокая когтями по полу, унеслись по следу.

— Если никому здесь ничего не надо, — сказал Полубой, — то лучше поспешить. Этот гад, конечно, не уйдет, но хотелось бы взять его живым.

Обходя трупы троллей, они направились к выходу, в котором исчезли риталусы.

Керрор действительно далеко не ушел. Пройдя длинным коридором, перешедшим в тоннель, они наткнулись на его растерзанный труп. Рядом сидели риталусы, синхронно покачивая треугольными мордами, и явно ждали одобрения.

Полубой впервые проявил недовольство, жестом велев им отойти в сторону. Присев на корточки он повернул голову трупа к свету и удовлетворенно хмыкнул, а потом достал из-за голенища длинный нож.

— Если кто слишком чувствительный, советую отойти, — сказал он.

— Что ты хочешь сделать? — спросил Сандерс.

— Забрать с собой доказательства выполнения приказа.

Сандерс взял Лив за руку и отвел ее подальше. Туда, где не слышно было скрипа лезвия по шейным позвонкам.

Через несколько минут Полубой присоединился к ним, прижимая к себе завернутый в остатки плаща круглый предмет.

— Куда теперь? — спросил Сандерс, — обратно через Каналы и развалины я не дойду.

— И не надо, — ответил Полубой, — у меня назначено рандеву, — внезапно он широко улыбнулся, — Лив, радость моя, это совсем не то, о чем ты подумала.

Эпилог

«Убери весь металл из голоса, и ради Бога, не пытайся делать выводы, выводы сделают без тебя, ты понял? — вспомнил Сандерс напутствия Вилкинсона, — думаю, не надо тебе напоминать, что от твоего доклада зависит твоя дальнейшая карьера. Кстати, и моя тоже. Ну, с богом, мой мальчик»."

"Кабинет представлял, видимо, копию кабинета какого-то политического деятеля на Земле: панели темного дерева до высоты человеческого роста, выше — темно-синие обои в мелкую редкую полоску, лепнина на потолке и огромные окна, закрытые тяжелыми гардинами. Хрустальная люстра, угадывающаяся под потолком, дала о себе знать случайным отблеском подвесок, когда он шел от двери к огромному письменному столу, покрытому зеленым сукном. В углах комнаты царил мрак и Сандерс, мельком обежав ее взглядом, обратил все внимание на сидящего за письменным столом человека. За столом, откинувшись в кресле так, что в свете настольной лампы с темно-зеленым абажуром были видны лишь кисти рук, сидел Аарон Грейблад, председатель объединенного комитета начальников штабов. В полутьме тускло поблескивали линзы его старомодных очков, само же лицо, неоднократно виденное Сандерсом в новостях, казалось туманным пятном. Пожалуй, даже к лучшему — пронзительный взгляд Грейблада, по слухам, ввергал в трепет даже видавших виды адмиралов флота.