Скорпион рванула шип, ломая Виктории ребра и разрывая сердце…

— Сзади, сзади!!! — ревел Сандерсу Полубой, придавленный к земле агонизирующим телом паука.

Развернувшись, Дик нырнул под ноги-ножи, широким ударом разрубил надвое длинное тело богомола и тут небо обрушилось на него, поглотив сознание зияющей бездной…

Полубой смотрел, как скорпион подходит к нему, поочередно переставляя псевдоруки, почти человеческие ноги и клешнястые конечности. Сил, чтобы сбросить с себя труп паука уже не было. Казалось, будто оранжевое тело модификанта светится в падающем сверху свете. Хвост подрагивал, выбирая место для удара окровавленным шипом. Светились торжеством глаза на женском лице, обнаженная грудь вздымалась спокойно — инсект, похоже, совсем не устал. Лицо склонилось к мичману — она в упор разглядывала поверженного противника. Раздвинулись в улыбке полные губы. Затем она обернулась, словно проверяя, нет ли кого за спиной, выпрямилась, занося хвост для удара…

Голова с точеными чертами лица вдруг взлетела в воздух, таща за собой струю крови. Тело свернулось клубком, мощный хвост забил по земле, свиваясь в кольцо и распрямляясь во всю длину.

Полубой моргнул, пытаясь стряхнуть с ресниц кровь. Над ним склонилось знакомое лицо. Он криво усмехнулся.

— Что, Сашка, добить пришел?

— Заткнись, — Алекс О’Доннел свалил с Полубоя труп паука и присел рядом. Контурная куртка у него на груди была рассечена, в прорехе запеклась кровь.

— Ты-то с кем схватился? — спросил Полубой.

— Пришлось объяснить кое-кому, кто главный, потому и опоздал. Твоих всех побили?

— Сейчас посмотрим, — Полубой перекатился на живот, поднялся, помогая себе руками, подошел к лежащей без движения Лив и перевернул ее, — жива. Жива, каботажница моя милая, — он отвел ее руки от живота, — жалом вскользь попал. Перевязать и как новая будет.

Он присел возле Сандерса, покачал головой.

— Тоже вроде живой. Голову разбили. — Полубой выпрямился, перешел к Виктории, склонился, рассматривая рану, и вдруг с маху сел на землю и обхватил голову руками.

— Что? — спросил О’Доннел.

— Отвоевалась наша баронесса, — выдавил Полубой, — эх ты, черт!!! Какая девчонка была… — Он запрокинул голову, мазнул ладонью по глазам."

"О’Доннел помолчал, изредка поглядывая в тоннель, из которого появился.

— Касьян, — позвал он, — уходить вам надо. Ван Хорн мне вдогонку людей послал.

— Всех передавлю!

— Всех не передавишь. Ты кого на Хлайбе ищешь?

— Керрора, суку. Такие люди погибают, а он…

— Агламбу Керрора? — переспросил О’Доннел. — Вот иди и возьми его. Не знал я, что он здесь, а то бы сам кончил.

Полубой поднялся с земли, похлопал по обрывкам плаща, достал флягу, открыл и сделал несколько больших глотков.