Они почти не двигались, наслаждаясь необычайным единением и только в конце, когда она впилась в его губы, яростно бросились навстречу друг другу, выплескивая накопившееся одиночество и тоску…

Вода, просачиваясь между телами, приносила прохладу и успокоенность. Он осторожно опустил ее на пол, и она обессилено приникла к нему.

— Ну скажи, что у тебя никого не было после Ривьеры?

— Никого!

— Врешь, — вздохнула она, — ну и правильно. Я не хочу знать, был ли кто или нет, мне достаточно, что сейчас ты со мной. Выключи воду, я замерзла.

Сандерс закрутил кран. Виктория пошевелилась.

— Спину поцарапала, — пожаловалась она, — ну что за любовь? Никаких удобств.

— Зато как романтично, — возразил Дик.

Он поднял полотенце и принялся вытирать ее, но она тут же отстранилась.

— Я сама. А то мне захочется продолжения. Отвернись.

Отвернувшись, он натянул пахнувшую потом одежду на мокрое тело. Людвига видно не было — наверное, все еще копался в глидере. Полубой как сидел в кресле, так и оставался неподвижным.

— Ты иди, — сказала Виктория, — я сейчас. А то Людвиг подумает что-нибудь.

— Наверняка подумает.

— Ну вот и иди.

Он медленно вернулся в «комнату». Присел на кровать. Ну ладно, нравилась ему эта женщина, но ведь многие нравились! Тем более что она никогда не согласится оставить работу и уехать с ним. И он не уедет с ней — что он будет делать там, на забытом богом Фионимаре? Скорее всего, в разведку его не возьмут и что, сидеть без дела? Тем более что она королевских кровей, а он кто? Выбившийся в люди латинос, проложивший себе дорогу потом и кровью, своей и чужой.

Он помотал головой, отбрасывая дурные мысли. Что будет, то и будет.

Вот сделаем дело, тогда и посмотрим, как жить и с кем жить.

Заворочался Полубой, всхрапнул, потянулся и сел в кресле, моргая заспанными глазами.

— Где мисс Салливан?

— Сейчас подойдет, — буркнул Сандерс.

— А Людвиг?

— В глидере ковыряется. Когда выйдем?

— Под утро, — Полубой взглянул на часы, — часа через полтора.

Из глидера вылез Людвиг, вытирая руки грязной тряпкой, подошел, присел на стул.

— Вы дальше-то куда? — спросил он, стараясь не глядеть на Сандерса.

— В развалины, — ответил Полубой, — подбросишь?

— Само собой! Вы перекусите на дорогу — потом может и времени не быть.

Развалины, это, брат… да! А я пойду, соберу тачку. Малость подправил ее. Теперь как новая.

Полубой поднялся на ноги, огляделся недоуменно.

— А где моя майка? Последняя!

— Вот, я постирала — она вся в крови была. — Виктория неслышно приблизилась к ним, протягивая выстиранную майку.

Повисло молчание.

— Вот это да! — только и сказал Сандерс. Людвиг восхищенно присвистнул, Полубой покачал головой.

Виктория была в парадном мундире офицера флота Магдебурга.