— Вот после нашей встречи и отправишься. Не переживай — она в курсе. А теперь жги. Я ж вижу, что ты сейчас лопнешь от нетерпения. Тайн больше не осталось, поэтому я могу рассказать тебе все. Кроме рецепта наливки бабы Лены. Она его даже от меня скрывает.

— Это такой большой секрет? — несмотря на серьезность ситуации, я улыбнулся.

— Да чтоб ты понимал!!! — возмутился он. — Из-за него однажды чуть война между Адом и Раем не разразилась! Эх, хорошее было времечко. Ангельские перья и демонские хвосты так и летели, — предался воспоминаниям он. — А как мы пили… Как пили!!! Все мироздание на ушах стояло. Но мы сейчас не об этом. Излагай.

— Да, собственно, у меня всего три вопроса. Первый: кто из жен Меньшикова убил мою мать? Второй: как ты мог допустить, чтобы твой внук или правнук, я уже запутался в твоей родне, вырос таким подонком? Ну, и в заключение, не столько важный, но все равно интересующий меня вопрос — а кто, собственно, мой настоящий отец?

— Что, вот прямо так сразу, да? Чтоб больше никаких тайн, интриг и расследований?

— Честно, достало все. Хочу тишины и покоя. Ответишь — хорошо, а нет? Да плевать. Устал.

— Да ладно тебе. Никакой тут особой интриги нет. И если позволишь, я отвечу тебе в ином порядке.

Мой внук… Что до него, признаю, упустил. Хотя, если честно, вины моей в этом нет. Я ж не его отец и не должен учить родителей, как воспитывать своих детей. Да, я знаю, кто его убил. И как ни горько было это осознавать, убийца был в своем праве. Поэтому я и не вмешался, когда его душу утащили черные вороны Нави.

Пойми, Тимофей, в мирах ежесекундно творится лютая жестокость. Гибнут разумные, матери теряют своих детей, дети родителей. Так было, есть и будет. Идеальный мир не построишь. Творец дал разумным свободу выбора, а я лишь храню созданное им. Поэтому каждый решает сам, как ему жить и умереть. Ты ведь сам был таким, вспомни.

Да, мне горько было видеть, как гибнут близкие мне рода, но повторюсь, это жизнь, в которую я не имею права вмешиваться.

Теперь то, что касается смерти твоей матери и мести ее убийцам. Некому мстить, потому что она погибла сама.

— Поясни, — скрипнул зубами я.

— Вероника была больна. Увы, камень твоего деда оказал на нее не лучшее влияние. Слишком много времени она провела рядом с ним. А я, признаться, поздно это заметил. А когда спохватился, от ее души остались жалкие ошмётки. Спасти ее, увы, было невозможно, как и даровать хорошее посмертие.

Этот камень как вампир. Проникая своими эманациями в тело жертвы, он постепенно разрушает ее сущность. Тело под влиянием камня ослабло, внимание рассеялось, ну, и как итог — нелепая смерть.

Поэтому не ищи ее убийц. Ну, а виновника этого я уничтожил на твоих глазах. Не скрою, те дамочки желали ее смерти, но крови Вероники на их руках нет.