"

"— Валька, извини, просто ты уехала, а я уже так по тебе скучаю, ты просто не представляешь! В общем, свадьбу вы решили позже сыграть.

— Позже. Я сейчас в Каире у его родителей.

— Валька, я знаю, что переговоры безумно дорогие, но ты только ответь на последний вопрос, его семья хоть хорошо тебя приняла?

— Все просто замечательно, — соврала я подруге. — Меня здесь все чуть ли не на руках носят, пылинки с меня сдувают. Я и сама не думала, что ко мне будет такое трепетное и нежное отношение. Мне порой кажется, что я нахожусь во сне.

В глубине души мне хотелось разрыдаться и рассказать Ленке всю правду, но я понимала, что если я это сделаю, то Ленка сразу же забьет тревогу, начнет переживать, расскажет обо всем моей матери и, конечно же, всем девчонкам. А затем буквально все будут говорить мне одно и то же.

«Мы тебя предупреждали! Это все из‑за твоей самоуверенности, из‑за того, что ты никого не хотела слушать и, прежде чем лететь на постоянное место жительство в чужую страну, не захотела включить свои мозги. Мы все говорили тебе о том, в какое дерьмо ты можешь вляпаться. Твоего египетского замужества хватило ровно на день. Уноси ноги, пока не забеременела и не родила ребенка, потому что ребенка тебе никто не отдаст и будешь сидеть на чужбине всю свою жизнь. В дальнейшем нужно прислушиваться к мнению близких людей и не совершать таких необдуманных поступков».

— Ленка, передавай всем девчонкам привет. Я по вас очень сильно скучаю, — мне приходилось пересиливать себя и делать свой голос как можно более жизнерадостным. — На мое место уже кого‑нибудь нашли?

— Директриса дала объявление и пока ищет. Валюша, мы все тебя любим и всегда ждем. Звони. Передавай Валиду привет. Ты у нас теперь дама замужняя, так что держи хвост пистолетом. Поступай так же, как и все наши русские женщины, — держи мужа в своем сердце и у себя под каблуком. Если что не по‑твоему, пусть знает наших. В случае чего, бей прямо в ухо. Это ему не на египтянке жениться, а на славянской женщине. Ну думаю, что до этого у вас не дойдет.

Я подумала о том, что Ленкин привет Валиду нужен меньше всего на свете, да и бить мужика в ухо тут как‑то не принято, но все же, улыбнувшись, произнесла:

— Целую, — и повесила трубку.

Дверь открылась, и на пороге появился Валид.

— А ты что здесь одна сидишь? — строгим голосом спросил меня он.

— А что, я здесь кому‑то нужна? — Я старалась не показывать свои заплаканные глаза. — Ты же гашиш куришь! Вот уж не думала, что у меня муж наркоман. Что‑то у меня начали возникать сомнения: хочу ли я родить от тебя ребенка или нет?

— Ты не должна возмущаться по поводу того, что я курю гашиш. Я буду делать то, что мне нравится.