Ведь сколько было красноармейцев, которые отважно ходили в атаки, выживали под бомбежкой, а потом погибали в освобожденном городе от пули диверсанта. Такого быть не должно. Поэтому все мероприятия Иван обеспечивал тщательно, продуманно, без изъянов. И от личного состава требовал величайшей мобилизации при любой операции."

"Время будто спрессовывалось судьбоносными событиями. Каждый день радовал очередными освобожденными населенными пунктами. И всюду входили войска НКВД.

Новый, 1944 год Иван встретил в Коростене. А потом потянулись новые города. Новая работа.

Передислокации, передислокации, передислокации…

Иван почувствовал, что его постепенно начинает отпускать дикое, отчаянное напряжение войны. Ведь в жизни появилась радость. Освобождаемая от извергов советская земля, счастливые слезы на лицах людей, встречавших советские войска, – это радость. И заветный треугольник с номером полевой почты, в котором терпеливо ждали своего часа убористые строчки, выведенные рукой Насти, – еще какая радость!

В письмах Настя не любила расписывать свои чувства. «Целую». Иногда «люблю».

В основном там были описания дел в госпитале, разных мелких бытовых проблем, курьезов, забавных поступков незнакомых ему людей. И от этих незатейливых повествований исходил свет надежды на мир, уютный дом и человеческое счастье без войны. Он мечтал попасть в этот ее мир. Это будет их общим миром. А для этого он должен выжить.

Выжить, если удастся, потому что, когда будет надо – он все равно шагнет в пекло. А дальше будь что будет…

На Восточной Украине проблем у советских войск не было. Население встречало их как родных.

– Бейте проклятых в их логове! – кричали исстрадавшиеся под железной пятой оккупантов люди, чьих близких убивали зондеркоманды, угоняли на работы в Германию, у кого немцы забирали последнюю еду, обрекая на голод.

Но впереди Западная Украина. Иван знал – там начнутся проблемы. Он отлично помнил о судьбе своего дяди и родных. Галичина – это место, где со страхом и ненавистью ждут советскую власть полчища врагов-националистов. И они дадут о себе знать очень скоро…

Глава 25

– Конспирация. Конспирация. И еще раз конспирация, – без устали твердил куратор.

 – Обращайте внимание на максимальное соблюдение секретности. Особенно касательно ячеек СБ. Связники, доверенные лица, агентура – ну не мне вам объяснять, герр Ковган. Активнее внедряйте людей к партизанам, в Армию крайова. Опутывайте плотнее всю территорию крепкой агентурной сетью.

О пользе конспирации и подпольных структур Дантисту рассказывать не требовалось – он в подполье почти двадцать лет. Но его смущало, что майор Кляйн слишком часто акцентировал на этом внимание.