Остановить работу я не могу, и других специалистов тоже снять и бросить на это место не вариант. Так что придется вам, Ваше Сиятельство, по крайней мере сегодня работать самостоятельно. Заявки, как всегда, вам пришлют. В общем, работайте! Да, кстати, чтобы работа не страдала, ваш уровень допуска временно повышен до второго. Спуститесь до пульта охраны и перешейте карточку.

— Есть работать! — отрапортовал я.

Вторая форма? А что, очень даже и ничего. Мне вообще еще по заявке отца должны были третий дать. Да, надо спуститься и нанести на беджик заветную вторую полоску и перешить чип. Этим и займемся.

Получив вторую полоску на бейджик и вернувшись в свою лабораторию, я открыл журнал заявок и немного опупел. Щадил меня мой микрошеф, ох, щадил! Заявок-то было больше, чем он говорил мне, возясь с аппаратурой. Тех, помеченных его именем, было раза в три больше, чем моих. Ну а теперь — сам, все сам. Отберем по значимости. Ага, мелочи вроде как поменять треснувшую ручку или припаять шнурок ставим в начало списка — чем больше мелких заявок сделаешь, тем лучше. Более крупные, вроде блочного ремонта какого-нибудь компа ставим в середину, а вот самые сложные…

Либо оставить их Владимиру, либо попробовать сделать самому? И вот тут мой взгляд зацепился за заявку из той самой лаборатории нейрофизиологии, куда я так стремился попасть. Подключение шлема стационарной установки Световита к переносному варианту… Ага! Вероятно, Сварог с Перуном и Велес с Китоврасом точно были на моей стороне, раз подогнали такой ништяк, до которого я просто мечтал добраться. Конечно, берем в работу! Но вот когда? Тут еще играл роль график работы, чтобы успеть — или не успеть — в течение рабочего дня. Ладно, займемся пока мелочами и мелким ремонтом, чтобы закрыть побольше заявок, а там, перед обедом, заберем наш волшебный силомер. Я засел за внутренний телефон, и начал обзванивать страждущих яйцеголовых…

Так оно и получилось. Закрыв пяток мелких заявок, я позвонил нейрофизиологам и попросил поднять с первого этажа прибор — что я, сам что ли буду это делать? Хватит, уже набегался по мелочи, а там еще и компы чинить…

Не знаю, что они имели в виду под портативным, но когда эту дуру вкатили на транспортировочном столике в лабораторию, мне так не показалось. Размерами этот мобильный комплекс был больше старого советского кондиционера — кто помнит бэкашку, тот вздрогнет.

— Распишитесь! — потребовал у меня молодой ученый в очочках и подал мне журнал временной передачи матценностей.

— Нет. Я не уверен в его работоспособности, а хлам принимать…

— Ну хорошо, — он нажал клавишу включения.

Экран девайса моргнул, на нем пробежали строчки загрузки, потом подтверждение, что прибор полностью исправен и отсутствует периферийное устройство.