Но теперь он сам прямо в глаза говорил ей, что свободен и всецело принадлежит ей одной, пока они будут связаны. Пусть ненадолго, но Озеров будет только ее — это как выиграть джек-пот!

— Хорошо. — Порывисто вдохнув, прошептала она и впилась пальцами в столешницу.

У нее подгибались колени, и это было единственным способом удержаться на ногах.

Матвей все еще держал пальцы на ее подбородке и изучал взглядом ее лицо:

— Значит, ты все еще планируешь заняться сексом, Алексеева?

Ее практически лихорадило от желания. Воздух застрял горячим комом в горле. Она с трудом выдохнула:

— Да. Но не с кем-то. С тобой.

С опытным, сильным, серьезным мужчиной, который подходил ей лучше всех. Да, это было именно тем, чего она сейчас хотела.

Но, кажется, ответ профессора не удовлетворил.

— Зачем? — Снова появились эти холодные нотки в его голосе.

Ольга опять чувствовала себя провинившейся студенткой.

— Может, мне одиноко, и я в отчаянии? — Почти простонала она.

Ну, чего он медлил?! Для чего издевался над ней? Девушке больше не хотелось разговаривать, ей хотелось, чтобы он отнес ее на кровать и придавил тяжестью своего тела. Или лучше, чтобы небрежно разорвал на ней одежду, сорвал зубами трусики и…

— И всё? — С сомнением.

Оля не знала, как объяснить. Не знала, что еще сказать ему, чтобы рассеять его сомнения.

— Может, мне просто холодно… — Тихо проронила она.

— Я мог бы согреть тебя. — Озеров придвинулся невыносимо близко.

От его аромата ее тело ослабело еще больше.

— Тогда сделай это. — Ее пальцы до боли впились в столешницу.

— Прямо здесь и сейчас? — Видимо, это был контрольный вопрос.

— Да. — Кротко и покорно."

"Впервые в жизни они оба так отчаянно теряли голову.

— Назад дороги не будет. — Тяжело дыша, предупредил Матвей.

Его сильные пальцы легли на ее бедра, губы приблизились вплотную к ее губам.

— Я хочу тебя. — Подтвердила Ольга.

И только успела прикрыть глаза, как мужчина подхватил ее, словно пушинку, под бедра, и ловким движением усадил на стол. А в следующую секунду он припал к ее губам со страстным поцелуем.

16

Сначала это был почти невинный поцелуй, Озеров будто пробовал Ольгу на вкус: мягко прикасался, бережно надавливал, заставляя огонь в ее теле разгораться сильнее. А затем просунул язык меж ее губ — настойчиво, уверенно, превращая простое касание в настоящую бурю блаженства. И вот уже его губы раскрылись под ответным поцелуем девушки.

Ольга почему-то вызывала в нем какие-то не совсем правильные чувства. Профессор хотел не просто заниматься с ней сексом, он хотел сделать девушку своей. Обладать ею, никому не отдавать, не подпускать к ней других мужчин. Это желание было настолько сильным, что больше походило на одержимость.