А после еще и докажу, какая ты тварь! Так и не понял ничего, сосунок? — с хирургической точностью резанул по наверняка больному Миха, увидел, что этим своим определением реально задел, но на достигнутом не остановился: — Я, знаешь ли, нашел свидетелей, которые рассказали мне очень интересные вещи про ту громкую аварию с суперкаром.

— Какие еще?.. — заметно севшим голосом начал Антон…

…и в этот самый момент девица, скучавшая на осевой, явно увидев поданный ей кем-то (а, скорее всего, Альфой) знак, подняла свой классический флажок в черно-белую шашечку и резко опустила его, открывая гонку. В итоге Миха, все это время не сводивший с нее глаз, да еще и расчетливо сделавший точно нацеленный в противника вброс про аварию, со старта ушел первым. Потом Антон, конечно, догнал и на первом повороте даже ловко отжал к внешней стороне дуги, одним этим добавляя Михе лишние метры трассы."

"После мог бы вырваться вперед, но вместо того пошел на сближение, атаковал опасно и с понятной целью: крутнул рулем, приблизившись почти вплотную и пытаясь выдавить соперника с асфальта.

И сразу пришло четкое понимание: если раньше Антон планировал просто поглумиться — победить, а потом прямо у Михи на глазах заставить Ильзу снять с себя последнее, то после сказанного про свидетеля аварии планы у него, похоже, поменялись. Важнее победы в гонке стала острейшая необходимость убрать с трассы, а в идеале прямиком в гроб некого «старпера», который в точном соответствии с классическим определением «слишком много знал».

И у сынка Княжича могло бы даже что-то получиться, если бы Миху уходить от подобных грязных трюков не учил в свое время один из сильнейших гонщиков сборной команды СССР — старый, как-то самое говно мамонта, и опытный, как древний крокодил, который умудрился пережить не только мамонтов, но и динозавров с птеродактилями. А все потому, что никогда не суетился попусту, зато оказывался бесконечно стремителен и кровожаден в критически важные моменты жизни.

Так что в тот момент, когда Антон вильнул в сторону Михи, выяснилось, что, хоть сам он и думал, что все забыл, а потому трусил и менжевался, его тело, в которое навыки были вбиты, как видно, слишком глубоко, до уровня рефлексов, все помнило. Миха резко дал по тормозам, вставая на переднее колесо, а после вновь ускорился, обходя соперника и оставляя уже его на внешней, более длинной дуге последнего на короткой трасе поворота.