Но тогда я не придавала этому такого значения. И вообще не вмешивалась в его дела. Мы уже серьезно ругались, и я вообще ими не интересовалась.

— Ясно. Спасибо вам. Думаю, что больше вас не потревожат.

— А его сообщники сюда не полезут? — спросил встревоженный Автандил Шершенидзе.

— Мы постараемся этого не допустить, — успокоил его на прощание Дронго. — До свидания!

Он пожал руку растерявшемуся хозяину дома и первым пошел к выходу. Наира, скрывая улыбку, поспешила за ним, лишь кивнув Шершенидзе. Когда они сели в машину, она с явным удовлетворением произнесла:

— Браво! Заставить ее успокоиться и вспомнить про издательство за несколько минут.

Ты действительно талантливый человек. Это у тебя такой метод — всегда блефовать по-крупному? Во всяком случае, до сих пор никто не обращал на нее никакого внимания, учитывая, что она уже достаточно давно не жила с Шовдыговым. Теперь понимаю, как легко я попалась на твою наживку, когда ты сказал про его письмо. Это был беспроигрышный ход. Кроме того, ты еще заметил, что я не поздоровалась с заместителем директора, и обратил внимание на четное число роз.

— Ты сама пыталась меня обмануть, — добродушно произнес Дронго, — я только защищался. А здесь важно было сбить ее неожиданным утверждением и испугать, напомнив про сообщников. Чего не делали ваши следователи.

— Все это неплохо. Но как мы найдем теперь это турецкое издательство? Прошло столько лет. У нас ведь ничего нет, — напомнила Наира.

— Это как раз легче всего. Проверим по записям международные звонки Шовдыгова в тот период. Они наверняка где-то были зафиксированы, и их можно легко вычислить.

— Я ошиблась, — снова взглянув на него, убежденно произнесла Наира. — Ты не просто одаренный человек, ты скорее уникальный специалист по умению общаться с людьми и замечать малейшие нюансы их поведения. Я уверена, что Семен Абрамович абсолютно прав. Вас нужно беречь, господин эксперт.

Глава двенадцатая

Днем они приехали в аэропорт, чтобы вылететь в Нальчик. Наира, обратив внимание на мрачное настроение своего спутника, удивленно спросила:

— Что-то случилось?

— Не люблю летать самолетами, — признался Дронго.

— Это так серьезно?

— Вполне.

Тем более что мы летим этим лоукостером «Победа». Самолет наверняка будет маленький и старый.

— Я специально уточнила, на всякий случай. Новый «Боинг 737–800».

— Это уже лучше. Хотя на самом деле это самый маленький самолет из серии «семьсот тридцать седьмых». Ничего, потерплю, лететь не так далеко.

— Если откровенно, то я вообще не понимаю, зачем мы туда летим. Предположим, что с бывшей женой Шовдыгова тебе повезло, отдаю должное твоему таланту, сумел ее разговорить.