Третьекурсник какое-то время не шевелился, но затем нехотя опустился в кресло. А затем резко выдохнул и произнес:

– Я хотел поговорить с тобой о Кае.

Учитель тут же напрягся, а я ровным тоном спросила:

– О Кае? И что ты хочешь сказать мне про Кая?

– Он повел себя глупо, но ты хочешь от него слишком много.

Рой раздраженно процедил:

– Оставить в покое чужую невесту – это слишком много?

Ханс изумленно воззрился на него, а мое сердце упало. Кажется, он понял, что говорить об этом при учителе я не очень хочу и предложил:

– Может, все-таки поговорим наедине?

Я бросила взгляд на Ару и покачала головой.

Исключено. Теперь он ни за что не уйдет. Вон как подозрительно на меня смотрит.

– Говори, – обреченно сказала я Хансу.

Он подался вперед и взмолился:

– Прости Кая. Он и правда… Ты ему и правда очень нравишься, с первого дня. Он не хотел ничего плохого.

Почему-то его просьба вызвала раздражение, и я довольно резко ответила:

– А без моего прощения он никак не проживет?

– Дело не в прощении, – вздохнул Ханс. – А в том, как он собирается заслужить его. Твоя просьба… Это опасно. Ты ставишь его под удар.

Я напомнила:

– Это была не просьба и не приказ. Он может отказаться.

– Кай не такой, – скрипнул зубами Ханс. – Он в лепешку расшибется, но сделает. Попроси у него что-нибудь другое. Прости его.

Рой сжал мою руку и раздраженно произнес:

– Мне кажется, Ариенай уже ответила тебе. Уходи. И не появляйся здесь больше.

Возразить ему Ханс не посмел. Когда учитель небрежно снял с двери свое заклинание, третьекурсник поднялся и ушел, отвесив на прощание подобающий поклон.

Я укоризненно сказала:

– Зачем ты так? Он же просит за друга…

– И ты готова простить этому паршивцу все, верно? – в глазах Роя сверкнула ярость.

– Ах, бедолага, страдает, разрывается между отцом и любовью… Да он тебя продаст Шендану при первой же возможности. Он же все знал. И про врата вне категорий в том числе. Что он сделал для того, чтобы помочь тебе? Предупредил неизвестно о чем? Или прибежал, чтобы увести тебя силой, когда узнал, что я позвал тебя замуж?

Он резко отвернулся и замолчал. Я тихо вздохнула и, поколебавшись подвинулась ближе. Мои ладони легли ему на плечи, а щекой я прижалась к его спине.

И тихо сказала:

– Я ему руки до локтя заморозила. Ну чего ты ревнуешь?

Ару резко обернулся и заглянул мне в глаза:

– Может быть, потому, что мне ты не стала рассказывать подробности разговора с ним, да и сейчас, судя по всему, не хочешь ими делиться?

Я вздохнула и промямлила:

– Ханс во многом прав, моя просьба невыполнима. Да и Кай, я уверена, не сможет этого сделать, так что…

Наш разговор был прерван настойчивым стуком в дверь. А в следующий миг окно распахнулось, и в комнату ввалился Мерпус.