Все это неимоверно выводило из равновесия и злило, потому что я убийственно соскучился, окончательно доперев, что ничего так и не отболело. Напротив. Я злорадно хмыкнул себе под нос.

Моя и не моя.

Гордая. Самоуверенная…. Любимая.

Мысли в башке сбивались в кучи, пока тело отчаянно требовало разрядки, физической близости.

Увы, то, что произошло между нами в душевой, только раззадорило, усилив мой голод. Стыдно сказать, сколько раз я передергивал за последние пару суток, в красках представляя, чем мы занялись после того, как оказали друг другу «первую помощь»…

Я так хотел её.

Я, пиздец, как хотел её, впервые в жизни испытывая нечто подобное.

Только на прогибы сил не осталось.

Тогда в душевой я ведь был почти готов, почти сломлен, желая, наконец, оставить свою броню. В то мгновение она была всем, чего я хотел. Всем, что мне было так адски необходимо.

Я чуть не взвыл, лишившись тепла ее тела и оставшись под холодной водой - в тот миг, обхохотаться, горячая закончилась."

"Один разговор. Один гребанный разговор мог определить вектор нашего дальнейшего общения. Но проклятая Отличница засунула голову в песок.

Ведьма кусачая. Роза напоминала мне рану, которая мучила меня, не заживая.

Разбередил, чего уж теперь.

Наше краткое уединение забросило меня в небытие, ни о чем другом больше думать не мог.

Но как бы я не задыхался от своих чувств к Леднёвой, не собирался превращаться в тряпку. Захотела, чтобы я за ней побегал после того, как кинула меня в блок? Серьёзно?

Наверное, все дело в том, что нервы попросту сдавали, я сам не понимал, чего от себя ожидать…

Ведь тогда в душевой в какой-то момент мне показалось, что я уже не смогу остановиться.

Крышу снесло. Боялся наломать дров, если сорвусь, подыхая от нереализованного желания, кипящего в крови.

Как Роза краснела, когда я заставил ее смотреть, как ее ладонь движется вверх-вниз по моей каменной эрекции. Она дрожала. Такая послушная, испуганная и возбужденная. Делала это робко, неумело, но так чертовски горячо, что довольно быстро я взорвался ей на пальцы…

До смешного нелепо, но, я жаждал ощутить, что тоже ей нужен. Хотелось верить, у нее ко мне по-настоящему. Наверное, поэтому и «выдержал паузу».

Стянув полотенце, я протер лицо, натягивая свои шмотки.

Парни как обычно хорохорились друг перед другом, обсуждая свои победы в койке, пока Морозов, усевшись рядом со мной на лавке, пытался дозвониться до какого-то кафе. Похоже, у всех, кроме меня, сегодня вырисовывались планы на вечер…

И пох.

Решил позвонить Галицкому, давненько мы с Ромкой не общались.

Облокотившись о своего железного коня, я достал телефон, намереваясь вызвонить товарища, как вдруг мое внимание привлек до боли знакомый женский силуэт в толпе.