Краткая характеристика соответствовала впечатлению о ней. А вот возраст… Кошка в недоумении таращилась на документ, утверждающий, что этой нежной фее уже сто семнадцать лет.

— Лигар, а тут случайно нет никакой ошибки? — спросила она недоверчиво.

— Что именно вас обеспокоило?

— Возраст.

— А что с ним?

— Эээ, ну как вам сказать? Разве столько живут?

— Конечно. Фэйри самая долгоживущая раса в нашем мире. Лэль Мириэнн по меркам своего народа ещё молода.

Вот так новость. Прелести магического мира, однако.

— А оборотни сколько живут?

— Лет триста в среднем. Это зависит от магического потенциала.

Дан Лэардо, например, скорее всего проживёт значительно дольше.

— А сколько ему сейчас?

— Сто сорок три. — как ни в чём ни бывало, сообщил ей оборотень.

— А его сыновьям? — осторожно так спросила Тоня, пребывая в полном шоке и сама не зная какого ответа ждёт.

— О, доннэ Кассиан и доннэ Закариан ещё очень молоды. Им всего лишь по тридцать четыре.

Вот чёрт. Тоня изо всех сил старалась себя не накручивать, но в голову то и дело лезли картинки, как по прежнему молодые и красивые братья с жалостью смотрят на сморщенную старуху размалёванную татуировками.

Да она по сравнению с ними быстродохнущая букашка. Вот не повезло Касу и Заку с Парой.

— Скажите, а Лиеса ещё не освободилась? — спросила она у Лигара, пряча злые слёзы, выступившие на глазах.

— Нет, доэнни. — мужчина посмотрел на неё более внимательно, явно что-то заподозрив. — Всё в порядке?

— Да, конечно. — Тоня уже справилась с собой и даже смогла изобразить вежливую улыбку — Я пожалуй пойду к ней сама и на месте разберусь со всеми вопросами.

Ей отчаянно хотелось увидеть сейчас хоть кого-нибудь из близнецов и прямо спросить о том, что её беспокоило, но она загнала всё это поглубже, отложив на потом.

Сейчас нужно было работать.

Весь остаток рабочего дня Кошка усердно гнала от себя мрачные мысли. Может всё не так и плохо, как она себе представила. Ведь это в своём мире она просто человек, а здесь у неё есть дар. Может это как-то влияет на продолжительность жизни. Рано хоронить себя, нужно разобраться.

А пока девушка занялась благоустройством прибывших детей. Четырнадцать девочек от восьми до пятнадцати лет выворачивали душу наизнанку потухшими стеклянными, или затравленными, как у диких зверьков, взглядами.

Как ей объяснили, они пробыли в плену не меньше месяца каждая. И смотря на них, Тоня с содроганием думала о том, что так же могла смотреть её Таша, если бы она не увела тогда четырёх маленьких узниц на свободу. Со слезами на глазах она наблюдала, как терпеливо и ласково Лиеса и Тамира разговаривают с девочками, помогая им освоится в отведённых им комнатах, в которых воспитаниц решено было селить по четыре.