Это было огромное недостроенное здание ТЭЦ, где прятались три составные части кода. Привычно разделившись, рванули по этажам. Мне достался последний. Я взлетела по лестнице, обшарила коридор, завернула за угол и…

— Добрый вечер, — приподнял бровь Дарк, в которого я чуть не врезалась.

— Недобрый, — я попыталась пройти в комнатку, из которой он только что вышел, но капитан соперников совершенно однозначно перегородил мне дорогу.

— Пусти меня!

— Не пущу, — насмешливо сообщил Дарк, — там код.

— Ты нарушаешь правила!

— Да, а что ты мне сделаешь? Я сильнее.

— Так нечестно! Я, вообще-то, девушка.

— Я заметил, — он окатил меня откровенным взглядом и тут же презрительно продолжил: — Кстати, всегда считал, что бабам на игре не место. И зачем тебя опять в поле взяли? Мало было прошлого раза?

— В Енотах я капитан! — я уже откровенно злилась. — И это я решаю, где мне играть. Так что никто меня не брал, я…

— И давно тебя никто не брал? — издевательски перебил меня этот придурок. — Судя по уровню стервозности, довольно давно."

"И тут у меня сорвало чеку. Я изо всех сил замахнулась, собираясь влепить ему такую пощечину, от которой у этого хама в голове зазвенит.

Заслужил! Но реакция у Дарка была гораздо лучше моей; он молниеносно перехватил мою руку и сильно стиснул запястье.

— А ты горячая, — хрипло проговорил он, пристально глядя на меня.

В полутьме его глаза горели странным голодным огнем, и мне стало не по себе.

— Да пошел ты, — прорычала я в ответ, и в ту же секунду Дарк прижал меня к стене своим тяжелым телом.

От неожиданности я разжала ладонь, и фонарик упал на пол, выключившись от удара. Дарк щелкнул кнопкой на своем фонаре, и мы оказались в полной темноте.

— Как же ты меня бесишь, — горячо выдохнул он мне в шею, и к волне дикой злости, окатившей меня, вдруг примешалось запретное возбуждение, которое я всеми силами попыталась скрыть.

Он ничего не делал: просто держал мои руки и тяжело дышал, но от него исходил такой жар, что у меня начали пылать щеки. Мы стояли, прижавшись друг к другу, и молчали, как два идиота.

— Отпусти, — прошептала я наконец, потому что это уже стало невозможно переносить.

У меня голова шла кругом. Я вся дрожала. От мужского запаха, который притягивал на каком-то животном уровне, от прерывистого дыхания рядом, от твердого горячего тела, прижатого к моему, от сильных рук, которые крепко сжимали мои запястья… Его близость подействовала неожиданно остро, мне захотелось… нет, не буду говорить, чего мне захотелось.

Это совершенно неправильно и необъяснимо.

Дарк послушно отпустил мои руки, но по-прежнему прижимал собой к стене.

Я могла его оттолкнуть, ударить, но почему-то не сделала этого. Мои ладони зависли в воздухе, а потом несмело опустились на его плечи.