— Я тут вам карты бумажные заготовил на всякий случай. Если интернет отрубится — хотя вроде не должен, тут нормальное покрытие, — звоните мне. Буду вам голосом диктовать задания и коды в движок вбивать. Но это прям крайний случай. Я для каждого выстроил свою линейку, так что уровни будете проходить в разном порядке, но финишный у вас один и тот же. Форматы кодов разные, форматы уровней тоже, разберетесь на месте. Кое-где будет реквизит, обращайтесь с ним аккуратно.

Примерный пробег, если не будете тупить и ходить кругами, километров десять-двенадцать. На некоторых уровнях мы с Кусей оставили вам бутылки с водой, так что с собой можно много воды не брать.

Мне казалось, что я слышу голос Ника как через толстый слой ваты. Смысл слов уплывал от меня, и я с трудом понимала, что он говорит. Черт, почему эти придурки не могут помериться крутостью более безопасным способом? Не знаю, в армреслинге, к примеру. Или в футбол пойти сыграть.

— До старта я вас подброшу, — продолжил Ник. — Он километрах в восьми отсюда.

А финишный уровень недалеко от нас — оттуда уже сами добежите. Если сможете, конечно.

На последней фразе он хитро ухмыльнулся, шутку все оценили и поржали. Одной мне было не смешно. Ник наворотил там столько, что я буду рада, если никто из парней нигде не свалится и не травмируется.

И тут я в который раз задалась вопросом, кого я хочу увидеть на финише первым.

Все внутри кричало, что это должен быть Егор. Я чувствовала: для него важно победить Рому, этим он как будто утвердит свое право на меня. Но при этом я ощущала себя дикой предательницей по отношению к своей команде, и скулы сводило от презрения к себе. Мои Еноты заслужили первое место, черт побери, мы так классно отыграли этот сезон! И я теперь не желала нам победы только из-за того, что влюбилась в капитана соперников?

Стоп. Влюбилась?!

Я вздохнула. Ну да. Пора уже хотя бы самой себе в этом признаться. В какой момент все пошло не так, и вместо понятной ненависти и чуть менее понятного физического влечения я начала чувствовать к Дарку что-то другое — более сильное, острое и опасное? Когда он не бросил меня на улице, а потащил к себе ночевать?

Когда взял за руку в темном лесу, чтобы со мной ничего не случилось? Когда заглянул в машину и спросил, не нужен ли мне еще один полевик? Или когда он сцеловывал слезы с моих щек и глухим от боли голосом шептал извинения?"

"Я очень сильно ошибалась, когда думала, что люблю Рому. Это, безусловно, было какое-то чувство, но очень одностороннее. Я, скорее, любила то, как я его люблю. При этом я никак не была подключена к Ромке, не понимала его, не чувствовала его эмоций. С Егором все намного сложнее. У нас словно общий кровоток, и я так остро ощущала его настроение, его чувства, как будто сама их испытывала.