Квартира, на которую копили деньги… В лучшем случае это будет малогабаритная двушка в не престижном районе, и когда это будет…

В то же время плюнуть на все, уйти от родителей и пуститься в «свободное плавание»… На это Леонид тоже не мог решиться, но понимал, скорее всего, рано или поздно это придется сделать. Иногда у него возникало желание плюнуть на Москву, вернуться в поселок, где он родился, жить у бабушки, найти работу в Донецке и стать, наконец, самостоятельным. Но сейчас и этот вариант оказался неприемлем – там шла настоящая война. Более того, возможно, дом разрушен и неизвестно, что с бабушкой.

Леонид, вроде бы никогда не ощущавший особой духовной связи с тем домом, вдруг остро почувствовал, что во всем мире у него только дом бабушки его родной, его наследственный. И если дом разрушен, то у него вообще нет ничего своего…

Решение в сознании Леонида созревало медленно, но неотвратимо. В тот день у отца заболела спина, и ему пришлось в одиночку таскать, а потом разрубать говяжьи полутуши. Эта однотипная, тупая, но тяжелая работа «подтолкнула» окончательно. Когда они как обычно с отцом вечером вернулись в свою съемную квартиру, Леонид, едва сели ужинать, заявил:

– Я думаю, все-таки надо съездить в Донецк, узнать, что с бабушкой и домом.

– Опять двадцать пять, – в негодовании всплеснула руками Галина Тарасовна.

– Мне все равно в Курск в военкомат скоро ехать. Оттуда рукой подать, смотаюсь туда-обратно, разузнаю, – как можно спокойнее, не отрываясь от тарелки, предложил Леонид.

– Леня, ты что такое говоришь!? Да я тут с ума сойду! Там же ни пойми что творится, власти никакой, бандитов полно. Нет, я тебя никуда не отпущу! – Галина Тарасовна почти сорвалась на фальцет.

– Это куда ж ты собрался ехать? А на рынке, я что один останусь? У меня, вон, спина отнимается, – тут же поддержал жену Михаил Николаевич.

– А если бы я не на рынке, а по специальности работал, как бы ты управлялся? – слегка повысил голос Леонид.

– Нет-нет, и не думай. Пока там все не успокоится, туда ни ногой, – не терпящей возражений тоном попыталась подвести итог спору Галина Тарасовна.

– А вдруг бабушке помощь нужна? – Леонид слышал, как мать неоднократно произносила эти слова, беспокоясь о бабушке, и решил ими же воздействовать на нее.

– Что будет, то будет. Да и чем ты там ей поможешь!?… Мама-мама, бедная мама, никому такой старости не пожелаешь, – Галина Тарасовна вдруг «сломалась», переживания о любимой матери, спровоцированные словами Леонида, вызвали ее слезы, и она ушла вглубь квартиры и там уединилась.

Ужин отец с сыном заканчивали молча, не возобновляя, так расстроившего Галину Тарасовну, разговора. Леониду ничего не оставалось, как включить компьютер и уйти в свой любимый виртуальный мир.