Он не может почувствовать мою боль, не может ощутить, как печет в солнечном сплетении. Меня тошнит от него, от его запаха. Ненавижу! Ненавижу за то, что продолжаю любить.

Выражение лица Самсонова меняется на глазах. Видимо, все-таки видит отражение моих эмоций на лице. Взгляд Яна темнеет, заостряются черты лица, исчезает расслабленность, пропадают из глаз смешинки.

Делает шаг ко мне, но тут же останавливается, замечая, как вжимаюсь в стену я, пытаясь слиться с ней.

— Я не хотел тебя обидеть, — произносит зло, надрывно. Растирает лицо ладонью, громко втягивая через нос воздух. — Ника, забудь все, что я наговорил! Я так не думаю, — добавляя голосу примирительных нот. Вновь подается ко мне, но я выставляю перед собой ладонь, предупреждаю, чтобы он меня не трогал. В его глазах мелькают оттенки горечи. Ян не пытается настоять на своем, делает шаг назад.

— Не хотел, но обидел. И не надо говорить, что ты так не думал, — быстро моргаю, чтобы прогнать подступившие слезы. — Такие слова не рождаются спонтанно. Они были в твоей голове, на эмоциях ты их просто озвучил, — голос подводит. Проговаривая мысли вслух, я словно ковыряю старые раны, которые начинают сильно кровоточить.

Самсонов бьет ладонями по карманам в поисках сигарет. Не находит, матерится под нос. Отступает к двери, прислоняется спиной к полотну. В маленькой уборной повисает вязкое напряжение. Никто не спешит прервать молчание."

"— В тот день я был на взводе и не совсем трезв, — глядя мне в глаза, произносит Самсонов. — Отец выдернул меня с другого конца города. Я не хотел ехать, но он сказал, что у него хорошие новости, и сообщать их по телефону он не станет, — втягивает громко воздух. Вспомнил тот день и опять разозлился? После очередного ругательства, сказанного под нос, продолжает: — Это последняя новость, которую я мог бы назвать хорошей, — выплевывает с усмешкой. — Я никогда не скрывал, что мне не нравится твоя мать, Ника. Конечно, я был бы против этого брака, если бы узнал о нем заранее. Алиса отвратительная мать и станет такой же отвратительной женой!

— Ты не знаешь ее, — не могу спокойно выслушивать, как он отзывается о моей маме. Возможно, Ян прав, у мамы хватает недостатков, но слушать его мнение было неприятно.

— Того, что я знаю, достаточно, чтобы точно сказать: она не сделает моего отца счастливым, — твердо произносит. Спорить бесполезно, Ян не изменит своего мнения.

Вновь мы молчим.

— Как же хочется закурить… — откидывая голову, бьется затылком о дверь.

— У тебя в машине наверняка есть сигареты…

— Мы еще не договорили, — обрывает меня.

— Хорошо, я слушаю, — сдаюсь, понятно ведь, что не выпустит, пока не выскажется.

Собирается несколько секунд с мыслями. Тяжело признаваться?

— Ты меня зацепила при первой встрече.