— Есения, — врач выставил руки вперед, — я понимаю, что у вас стресс, беременность — это всплеск гормонов. Все пройдет наилучшим образом. Вам не надо бояться.

Он сделал шаг ко мне, а я махнула рукой и лезвие царапнуло его по тыльной стороне ладони. Это тут же отрезвило, и он отшатнулся с ошалевшим выражением лица."

"— Да, убийца в белом халате, да, продажная шкура, я не шучу. Я не изысканная пациентка твоей живодерни, где ты расчленяешь младенцев. Я с улицы, я детдомовская. Такие, как я, и кишки пустить могут. Не приближайтесь ко мне.

Доктор попятился к двери, выскочил наружу и запер меня в кабинете. А я сползла по стене на пол, глядя на изображение на экране. На маленькую точку, похожую на улитку. И внутри все сжалось от всепоглощающей необъяснимой и такой незнакомой нежности очень болезненной, смешанной с дикой тревогой и отчаянием. Они не убью тебя… им придется убивать нас обоих.

Закрыла глаза, сжимая скальпель и чувствуя, как дрожит все тело и как отхлынула волна адреналина, оставляя ужас и опустошение.

***

*1 КТР — кобчико-теменной размер плода (прим автора)

*2 ЧСС — Частота сердечных сокращений плода (прим автора)

ГЛАВА 4

Я так и сидела в кабинете, глядя на дверь и судорожно сжимая в руках скальпель, пока не повернулась ручка и я не вскочила, выставляя руку вперед, готовая напасть на любого, кто ко мне приблизится. Зашла медсестра. Та самая, что выскочила первой со своим сотовым. Она выглянула в коридор потом посмотрела на меня и тихо сказала.

— Они тебя сейчас в палату отведут. Ты успокойся, чтоб транквилизаторами не накачали. Скальпель спрячь и веди себя адекватно. Откажись от медикаментозного, скажи боишься, что после него что-то останется и все равно чистить будут. Тут они ничего не сделают. Будет, как ты скажешь. Начнут готовить на завтра. Со всем соглашайся.

Я смотрела на нее и пока ничего не понимала… А она снова в коридор выглянула и опять на меня смотрит.

— Ночью тебя выведу отсюда. Позаботились о тебе. Человек один… сказал знакомы вы.

Сердце тревожно подпрыгнуло… неужели этот тот аноним, что мне писал раньше? Только он и может быть. Больше некому. А может это Ян нашел способ? Или кто вообще осмелился у Барского под носом вот так?

— Если продолжишь скальпелем размахивать тебя транками накачают и вычистят. Поняла?

Я кивнула и положила скальпель на поднос, тяжело дыша.

— Вот и молодец я сейчас чай принесу с лимоном, а ты присядь на стул и успокойся. Врач вернется с санитарами надо чтоб в адеквате тебя увидел. Скажи бес попутал, гормоны, все дела. Опомнилась и сама готова.

Я снова кивнула… не знаю почему, но я ей поверила. Наверное, потому что больше некому. Постепенно заставила себя успокоиться, села на стул, регулируя дыхание и сжимая дрожащие руки.