Разобрали на шесть штук и расставили по классным комнатам.

Ну что ж.

Зато ж в любом уголке она помнила обо мне!

На все мои попытки заговорить с ней, она отвечает формальными отговорками или прикрывается занятостью.

Я пытался найти с ней точки соприкосновения через Лизу. Но не выходит. Мы как в двух параллельных мирах. И в этом очень большая доля моей вины.

Только сейчас понял, что совершенно не умею ухаживать за женщинами.

Никогда даже не пытался. Они сами липли.

Вот Инга.

Что она во мне нашла три месяца назад?!

Черт!

Не знаешь, как быть – будь собой.

Вот я и стараюсь просто быть собой.

Договорился с администрацией района, и планируем пристроить к школе два крыла – еще несколько учебных классов и зал. Требую от архитекторов сохранить исторический облик усадьбы и вписать пристройки в этот стиль. Ждем геодезию.

Ну и обычная работа… Суда, самолеты, поезда…

Транспорт с моим логотипом снует по всему миру, находя выход в самых сложных ситуациях. А я вот не могу…

Ну или…

Могу, но пока не пойму как.

Но я справлюсь.

Мы рядом. Она вот. По прямой в семиста метрах от меня. Это близко. Иногда, когда засыпаю, думаю, что она, наверное, сейчас тоже ложится…

Я знаю, как стоит ее кровать. Я знаю, куда она тянется, чтобы выключить свет…

Я безумно хочу, чтобы она была рядом…

.

Инга

– Малыш, я просто съезжу к своей маме! – держу Лизу за ладошки, крепко сжимая ее пальчики. – У меня ж там сестрички и братик… Я по всем соскучилась!

– А можно я с тобой?

Боже, ну что ей сказать?..

И так все разрывается внутри.

Я малодушно сбегаю.

Сама себе говорю, что это приглашение из районо еще не значит окончательный отъезд.

Что мне еще может не подойти.

И вообще.

Я просто еду на пару дней к матери. Давно не виделись. Действительно соскучилась.

– У нас там очень мало места, – глажу ее по волосам. – Когда я приеду, мне придется спать на полу.

– Ух ты! Я тоже хочу на полу! Можно? Можно-можно-можно?

Ее глаза горят, как звездочки от восторга и тревоги.

А я проклинаю себя всеми словами за то, что ее обманываю.

Но сказать ей правду сил нет.

Пусть с этим разбирается Миша.

В конце концов, он ясно дал понять, что он ей отец, а я – никто.

Он хороший отец. Он сможет.

А я нет. Я не могу…

Крепко обнимаю мою малышку, целую в макушку.

– Я буду любить тебя всегда-всегда! – шепчу ей.

И в этот раз не вру.

Никогда и ни к кому не относилась так, как к Лизе.

Но так жить невозможно. Я должна уехать.

.

***

Родной городок встречает обычным вокзальным шумом и суетой, которые после деревни мне вдруг кажутся изматывающими.

Что ж.