Тогда же я поняла, что хочу быть учительницей. Поступать в столицу мы тоже поехали вместе! Я подала свои документы только в один вуз, а не в пять, как большинство моих одноклассников.

Все крутили пальцем у виска. У меня ж девяносто восемь баллов было. Хоть в МГУ! А я шла за мечтой. В учительницы.

Федор ни в один из выбранных вузов не прошел, и родители устроили его в колледж. Он сначала ругался, требовал, чтобы они оплатили ему коммерческое обучение. Но потом радовался – быстрее работать начнет, деньги зарабатывать. Работать он действительно начал, только денег я не увидела. Ему нужно было красиво одеваться: “Я же работаю!”, хорошо питаться: “Я же работаю!” и понадобилось снимать отдельную квартиру, потому что в общаге жить он уже не мог. Там шумят, а он… Правильно! Он же работает!

На квартиру сбрасывались пополам. Правда, Федя часто забывал внести свою часть, а когда я напоминала, смотрел на меня с таким упреком! В общем, я все чаще платила сама. Мне было по силам, я курса с третьего начала репетиторствовать, и от учеников не было отбоя. Мамочки передавали мои контакты друг другу, и дошло даже до того, что мне пришлось отказывать. Иначе вообще времени на личную жизнь не оставалось.

“Зачем? – фыркнул Федор, когда узнал. – У нас все равно вечера часто свободные! Ты могла бы работать!”

Я подумала и решила, что он прав… Я могла бы работать! А он… А где был он, я не спрашивала. Вот теперь все выяснилось. Федя ходил по ночным клубам! Это же нормально, ходить по клубам, когда невеста работает… Хотя подождите… Какая невеста? Жениться на мне Федор, как выяснилось, не собирался…

Я стиснула зубы, зажмурилась.

Вот, значит, как?

Получается, что все это время он просто пользовался?

Мама видела! И ехидничала! Да и я уже чувствовала неладное… Он никуда со мной не выходил, никуда меня не приглашал… Только вот мог случайно обмолвиться, что видел уже новинку кинопроката! Или был недавно в театре…

Вот так.

Я просто лошадь, на которой удобно ехать.

А как же первая любовь?

Самая светлая, самая чистая?

Я невольно всхлипнула.

– Прекрати, дочь! На нем свет клином не сошелся! – ласково потрепала по волосам меня мама.

Наверное, в нее я такая. Детей безумно люблю. Знаю, как разбираться в их проблемах и помогать им. В учебе и не только.

У мамы нас четверо!"

"– А что Инка к нам совсем приехала? – заглянул в кухню самый младший.

– Иди сюда, – поманила я брата на колени.

Ему только восемь. Еще можно.

– Куда ж я к вам совсем. Тут уж и спать-то негде! – веселым голосом ответила ему.

– Да уж как-то разместимся! – категорично выпалила мама. – Нюська на полу поспит!

– Чего это? – взвыла сидевшая до того тихо девчонка.

А так и не скажешь, что ей пятнадцать.

– А того! Сестре жить негде!

– Мам! – возмутилась Нюська.