А вечером снова явился Демьян Ростоцкий.

Глава 4

В обстановку общежития он тоже не вписывался. В этих его фирменных вещах, которые по дизайнерской задумке должны были выглядеть просто и демократично. С продуманно-небрежной короткой стрижкой, модной щетиной на лице. Стоял скрестив руки, такой равнодушный, презрительный. Холодный.

«Закрытая поза», – вспомнила Дина курс лекций по психологии. Демьян Ростоцкий закрывался от нее. Она не входила в сферу его интересов – скорее была неким раздражающим фактором, от которого ему хотелось избавиться как можно скорее. Как он убирает мусор с лобового стекла своей так восхитившей Зайку машины. Как отшвыривает носком обуви подвернувшийся под ногу камень, тут же забывая о нем.

Это неожиданно разозлило. Видимо, еще и наложилось на обиду на мужчин, которая родилась в ней после расставания с Богданом. Остро, болезненно, едко, как уксус, вылитый на открытую рану.

– Чем обязана визиту? – буркнула Дина.

– Негостеприимная ты хозяйка, – так же недружелюбно отозвался мужчина.

– Во-первых, я здесь не хозяйка. Всего лишь снимаю комнату. Во-вторых, с чего бы мне быть радушной с тем, кто не утруждает себя элементарной вежливостью?

– Вежливость нужно еще заслужить. Итак… – обвел взглядом коридор Ростоцкий. – Мы можем где-нибудь уединиться?

Приглашать его к себе очень не хотелось. Но в коридоре на них уже начали оглядываться. Любопытным соседям чужие прилюдные разбирательства и выяснения отношений заменяли разом и ток-шоу, и мыльные оперы.

– Ладно, – процедила она.

Войдя в комнату, незваный гость по-хозяйски расположился в единственном кресле. Очень мягком и уютном, несмотря на свой преклонный возраст. Дина любила забираться в него с ногами и читать книгу, а еще никогда не садилась в это кресло в уличной одежде.

«Покрывало придется стирать», – подумала уныло и села на шаткий стул.

– Кто-то обещал показать свой паспорт, – напомнил владелец модного дома.

– Если после этого вы уйдете и больше никогда меня не побеспокоите, с превеликим удовольствием!

– Ты всегда так разговариваешь? – поморщился Ростоцкий.

– Как? – повернулась к нему Дина.

– Книжно… Высокопарно. Странно звучит.

– Я учительница русского языка и литературы. Ну… по диплому, – призналась она. Работать по непосредственной специальности пока не приходилось – маленькие дети нравились ей куда больше, чем школьники.

– Училка, – хмыкнул собеседник. – Оно и видно. Только училки ходят с такими прическами.