Более того, перспектива попасть под огонь и гнев Тоцкого, который будет её пропесочивать, почему-то приятно щекотала нервы. Прорабатывать нерадивую студентку, наверняка, ведь будет в основном он. Ему по должности положено.

Ей пришлось подождать у двери, пока её вызовут. К счастью, недолго.

— Валерия, будьте добры, заходите, — сухим ледяным голосом пригласила её Фрекен Бок, приоткрыв дверь.

Лера зашла решительно, как укротительница в клетку с тиграми и сразу же оценила обстановку. Тигры перед ней предстали в следующем составе: Тоцкий-старший, Тоцкий-младший, глава попечительского совета Казимеж, пара профессоров почтенного возраста и молоденькая преподавательница по магическому контролю Зузанна.

Тоцкий-старший пребывал в образе добропорядочного ректора педагогической наружности. Гладко выбрит (когда, спрашивается, успел?), невозмутим и солиден.

— Прошу садиться, — официальным тоном произнёс он и официальным жестом указал на стул.

Стул стоял напротив сидящих полукругом членов педсовета. И как только Лера заняла отведённое ей место, сразу оказалась под перекрёстным огнём потенциальных пропесочивателей.

Слово дали Катаржине. И уж она старалась во всю.

— Хочу обратить внимание уважаемого педагогического совета на неподобающее поведение студентки и её ненадлежащее отношение к читаемому мной предмету.

— В чём выражается её неподобающее поведение? — спросила Зузанна. — Я знаю Валерию, как ответственную студентку. Она первой записалась на факультатив по моему предмету.

— Она допускает опоздания на занятия, — въедливо пояснила Фрекен Бок. — Например, сегодня.

— Сегодня я задержал студентку, — невозмутимо встрял Тоцкий. — Были опоздания в другие дни?

— В другие — нет, — пришлось признать Катаржине, однако сдаваться она не собиралась: — Но посмотрите на это безобразие! — в её руках появился Лерин реферат. Она потрясла его, а потом плюхнула на стол перед носом Тоцкого. — Такой небрежной работы я на своём веку ещё не видела.

И хоть Фрекен Бок явно желала, чтобы с работой ознакомился ректор, но реферат почему-то в первую очередь привлёк внимание Тоцкого-младшего.

— Позвольте полюбопытствовать, — он потянулся за бумагами. С виду был серьёзен, но Лера чувствовала, что ему жутко весело.

Он начал проглядывать реферат. Его правая бровь при этом жила собственной жизнью: то приподнималась, то опускалась.

— Работа выполнена из рук вон плохо, — продолжила Фрекен Бок. — Что за каракули?! Не зря говорят, что почерк может многое сказать о характере. Вы согласны? — она посмотрела на Энтони, надеясь найти у него поддержку, раз именно он больше всех заинтересовался рефератом.

— Несомненно, — кивнул Тоцкий-младший, опять издевательски приподняв бровь.