Лера расслышала звук, доносящийся, судя по всему, из гостиной. Щёлканье, бульканье, треск — не пойми что. Вот эта какофония, хоть она и была едва различимой, и мешала сосредоточиться.

— Похоже, артефакт снова заработал, — Валерия соскочила со стула и резво направилась в гостиную.

Тоцкий естественно последовал за ней. Они синхронно добрались до цели и одновременно подскочили к шкатулке. Та выдавала настолько странные звуки, будто кашляла. То замолкнет, то захрипит, то зашипит, то вдруг издаст что-то музыкальное. И всё это тихо-претихо, хотя временами бульканье усиливалось.

Очень похоже на звуки, которые выдаёт скайп при нестабильном интернете.

Лера догадалась, почему так. Видимо, подслушивающий артефакт, который пострадал предположительно из-за падения Ольшанского с кресла, каким-то чудом немного оклемался, но теперь работает со страшными перебоями.

Валерия долго прислушивалась и вдруг поняла, что за звуки раздаются из шкатулки. Не зря временами проскальзывало что-то музыкальное. Это реально была музыка. Сильно искажённая помехами, но всё-таки музыка — соло виолончели. Неспроста Лера заметила этот инструмент в комнате Корнелии.

А играет, видимо, сама хозяйка. Больше некому.

Лера с Тоцким переглянулись.

— Корнелия? — спросил он с иронией.

Интересно, почему Тоцкий улыбается? Так же, как и Валерия, представил ведунью, зажавшую ногами инструмент и усердно работающую смычком? Да, картинка слегка комичная. А может, это та самая виолончель из рассказа настоятеля сторожевой башни? Не виолончель — а древний артефакт. И звуки возникают сами по себе, без участия виолончелистки?

Лера бы с удовольствием послушала, как звучит инструмент, но только не в таком качестве.

Бульканье и хруст меньше не делались. Да и, вообще, не до музыки — пора было возвращаться в общежитие. Хотелось успеть хоть немного поспать.

— Дьер Ян, у меня завтра первой парой «Магический этикет», — намекнула Валерия Тоцкому, что пора бы отвезти её в студгородок. — Фрекен Бо… в смысле лерра Катаржина за прогулы неуды ставит и на педсовет вызывает.

Он вроде бы согласно покачал головой, но при этом не сдвинулся с места, продолжая гипнотизировать хрипящую шкатулку.

— Дьер Ян, а в уставе академии случайно нет какого-нибудь пункта восемь, подпункта шесть, или какого-нибудь четырнадцать дробь два, что ректор обязан способствовать здоровому режиму дня студентов?

— Есть.

Тоцкий так хищно усмехнулся, что Лера побоялась услышать от него что-нибудь в духе: «По расписанию уже отбой, так что прошу в спальную». Надо было сыграть на опережение.

— И, кстати, надеюсь, вы не забыли, что проиграли мне желание — сделать реферат. Он нужен мне к утру, — чуть-чуть же можно понаглеть? Не всё Тоцкому. — Заметьте, я ваше желание выполнила.