Боже, он нашёл моё слабое место. Прикоснулся к душе, оголил её и заставил дрожать каждую клеточку в моём теле.

Позорище…

Аня, так не должно быть. Или должно..?

— Уверена? — его мягкие губы скользят по ключице. Дыхание обжигает, заставляет мысли путаться в голове. Вздрагиваю, ощущая будоражащие прикосновения. Влажный язык следует к изгибу шеи, мучает, распаляет кожу, рассыпая по ней огненные мурашки.

— О, Боже… — шепчу, реагируя на лёгкие укусы вдоль артерии к уху. Стыд затапливает по самую макушку. Кажется, даже корни волос начинают гореть красным.

— Ты явно не хочешь к тёте, врушка… — шепчет на ухо, прикусывая мочку.

Меня бьёт током. В животе от всего этого безумия разгорается невыносимый пожар. Ещё чуть-чуть и меня снесёт волной удовольствия далеко, за пределы нашей вселенной…

Пальцы Итана касаются между ног влажных трусиков, и я привстаю, опираясь руками на его твёрдые плечи, отодвигаюсь подальше, но мужчина, крепко хватая сзади за шею, притягивает обратно и фиксирует меня в прежнем положении. Не даёт возможности отстраниться.

— Расслабься, Аna, я хочу кое что проверить, — звучит как приказ, только хриплым от возбуждения голосом.

Что именно он хочет проверять?

Не успеваю предположить, потому что меня резко накрывает безумством. Я вскрикиваю, ощущая пальцы Итана на своей изнывающей плоти. Под трусиками. Скользнув ими вдоль влажных губ, он принимается кружить на какой-то слишком чувствительной точке, надавливая на неё подушечкой большого пальца. Всего пару секунд. Но этого достаточно, чтобы потерять контроль над телом, над мыслями и связной речью, забиться в его руках, как птица на оголённом проводе. Потеряться во времени.

Забыть где я и с кем.

— Итааан! Господи, мамочки… Мамочки! Боже… — выталкивая из горла несвязную речь, хватаюсь крепче за шею мужчины, вспарывая её ногтями. Меня подбрасывает на нём в сладостных судорогах, полностью отключается мозг. Силы иссякают, в висках гулко стучит кровь, сердце заходится в бешеном ритме, сбившееся дыхание не возвращается в норму. Последние вспышки неведомого раннее наслаждения пронзают тело и растворяются в мышцах томительной негой. Обессилив, падаю ему на грудь. Кажется, не дышу. Меня словно вышвырнуло в невесомость.

— Дыши, Ana… — доносится издалека, словно сквозь вату в ушах. — Сейчас я покурю и отвезу тебя домой. К тётке.

Глава 6. Форс-мажоры

Итан

— Твою мать… — ворчу, втягивая в лёгкие дым. Никотин не спасает. Нервное напряжение всё ещё держит за горло. Стояк бешено пульсирует. В ушах стоит шум.

«Зря я это сделал. Ой, зря…» — облизываю пересохшие губы. — «Зря я касался её уязвимости, её женственности…»

Фантазия начинает играть, как и голод.

Отвожу от Анны взгляд.

Вставила мне её невинность не по-детски.