Облизнув губы, роняю мочалку и мыльными пальцами сжимаю член. В моих руках он будто сильнее каменеет и набухает. Провожу по всему стволу, пах намыливаю и мошонку.

Возвратившись к горячей плоти, двигаю пальцами. Мне нравится его касаться и хочется доставить удовольствие. Такое же, как и он мне дарил.

— Жасмин, — выдыхает с шумом Натан. Поднимаю голову. Он напряжён, челюсть сжата, убирает мокрые волосы, упавшие на лицо, по щеке гладит. — Я уже чист.

— Ты же хочешь… — облизываю губы.

— Я тебя всегда хочу.

Его признание теплом по телу растекается. Крепче ладонь сжимаю и продолжаю двигать. У него большой член, едва обхватить получается. Не представляю, как «это» в меня поместилось. Увлекаюсь, любуюсь процессом.

Нат чуть смещается, подставляя нас двоих под горячие потоки воды. Его пальцы ласкают кожу, узоры вырисовывают, едва до груди дотрагиваются, с ритма меня сбивают.

Вверх-вниз. Как он показывал. Сжимаю, растираю по головке выступившую влагу.

— Вот так, сожми крепче, — голос у Натана меняется.

Он накрывает мои пальцы ладонью. Ведёт чуть быстрее, показывая, как нужно. Свободной рукой впивается в бок и стонет. Аж всё нутро трепещет от осознания собственной власти над этим сильным мужчиной. Меня саму заводит всё, что я сейчас делаю.

Хочется поцеловать его. Как он целовал. Кажется, муж меня заразил похотью. Потому что я опускаюсь на колени. Натан придерживает за кисть, заставляя на него посмотреть.

Чувствую, что по минному полю иду. Сейчас либо оттолкнёт, либо позволит исследовать собственные границы развратности. И муж не мешает, лишь смотрит пытливо, придерживает, смещает пальцы к мокрым волосам, убирая их назад.

Опустив голову, продолжаю гладить тяжёлую плоть. Не знаю, получится ли.

Губы шпарит от прикосновения к бархатной головке. Он пахнет гелем для душа, морским бризом. Приоткрыв рот, вбираю немного.

— Блядь! — тихое ругательство подстёгивает почище банальных комплиментов.

Чувствую, как собственная плоть пульсирует и низ живота тянет. Удовольствие по венам проносится и жжёт от собственных смелых манипуляций.

Языком веду неумело, но, кажется, мужу нравится. Его пальцы в волосы на затылке зарываются.

— Расслабься и дыши носом, — хрипло подсказывает Нат и медленно толкается.

Его плоть легко скользит глубже, на язык камнем давит и упирается в горло. Так же плавно отстраняется и останавливается, давая мне некую передышку или возможность прерваться.

Поднимаю глаза, сталкиваясь с грозовыми очами мужа. И, кажется, краснею опять. У мужчины кадык дёргается и зрачки увеличиваются. Он дышит напряжено и себя сдерживает.

Возвращаюсь к своей ласке. Как он показал, вбираю глубже, давлюсь немного, но не отступаю.

— Помогай себе, — Натан перехватывает мои пальцы и заставляет сжать член у основания.