У Крис сама не взяла, потому что не ношу настолько яркие и открытые вещи. Надо мной всё еще довлеет родительское воспитание, прошлые устои, собственные установки и нравы.

Очередная учебная неделя подходит к концу. Я заваливаюсь в нашу комнату, жутко уставшая и мокрая. Октябрь начинается с проливного дождя и сломанного зонта. Скидываю вещи на пол, копаюсь в шкафу, доставая чистые джинсы и толстовку.

— Мина, — хрипит за спиной Катя, слегка испугав. Не заметила, что в комнате кто-то есть.

— Привет, — разворачиваюсь и смотрю на подругу. — Заболела?

— Да, температура под сорок, — шмыгает носом девушка. — Можешь чаю заварить? Сил нет встать.

— Лежи конечно, сейчас позабочусь о тебе, — улыбаюсь и, переодевшись, выхожу из нашей общей спальни.

На кухне копаюсь, ставлю чайник и кастрюлю с куриными крылышками. Пока готовлю суп, из аптечки достаю жаропонижающие порошки и, заварив один из них, несу Кате.

Время в заботе о подруге пролетает быстро. Вот уже вечер. Девушке намного лучше, она даже садится и тянется к своей униформе.

— Ты что, на работу собралась? — возмущённо всплеснув руками, вырываю тряпки.

— Да, мне надо. Сегодня суббота, — морщится Катюша, по хриплому голосу понятно, как ей больно говорить.

— На улице ливень, ты болеешь и перезаразишь всех посетителей. Хотя нет, не успеешь. Свалишься по дороге от слабости, — привожу аргументы, прижимая к груди вещи подруги. — Позвони начальнику, уверена, он поймёт.

— Не поймёт, — мотает головой подруга. — Уволит сразу же. Я не могу лишиться работы, Мина! Я в кредит телефон купила.

И тычет мне своим айфоном. Вот что за блажь — тратить деньги на такой дорогой телефон и гробить потом своё здоровье на него же?

— Может быть, ты за меня отработаешь одни день? Там не сложно… И потом, ты же так и не нашла подработку. Сегодняшнюю выручку оставишь себе. Суббота, Мина, много чаевых получишь.

Я молчу и мотаю головой. Деньги мне очень нужны. Но ходить в таких открытых нарядах при мужчинах мне не позволит ни совесть, ни воспитание, ни устои семьи.

— Ладно, не важно, — вздыхает Катя и, кряхтя, поднимается.

Отбирает из рук униформу и, пошатываясь на ватных ногах, идёт к своему шкафу. Во мне происходит внутренняя борьба с самой собой. И побеждает явно не самая умная сторона.

— Я схожу вместо тебя, — бормочу, опустив глаза на собственные руки.

— Правда? — Катя вспыхивает и выглядывает из-за дверцы. Киваю.

Подруга радостно благодарит, но быстро сгибается от душераздирающего кашля. Велю ей лечь немедленно, принять новую порцию таблеток и поспать.

— Я позвоню сейчас управляющему и скажу о тебе, — тараторит девушка, вручая одежду и набирая номер. — Алло, Джамал, привет…

Морщусь, услышав нерусское имя.