Одарённые пока были слишком низкого уровня, чтобы их выносливость значительно повысилась. Как раз во время привала я и заметил мельтешение между деревьев по направлению к ближайшему «лучу в небо».

— К оружию! Поднять щиты и следить за тылом! Клава, светлячков!

Я первым схлестнулся с дроу, пока где-то издали летели духовные снаряды и световые стрелы. Меня не звали, поэтому я спокойно обрабатывал группу, пока ко мне не присоединились. Основной проблемой оказался настоящий маг дроу.

Он разрывал дистанцию и тщетно сыпал атаками тьмой, прикрываясь свитой. А Клава начала какой-то долгий каст… Пожалуй, пусть заканчивает. Боевой опыт бесценен, а она, не прерывая каста, щедро расходовала заряд артефакта.

— Лёша, отойди! Я хочу сама его победить!

На очередном прыжке я кончиком копья порезал ногу мага прямо под наколенником и тут же отошёл… впечатляет.

Посох Клавы ярко вспыхнул золотисто-белым светом — за секунду в воздухе пафосно сложилась многоуровневая магическая печать, которая выпустила луч света! Оказавшихся на пути отшвырнуло обожжёнными трупами. Свет столкнулся с тьмой и целиком поглотил раненого мага.

Сияние погасло. На месте, где только что стоял относительно серьёзный противник, осыпалась кучка стали, горелой кожи и костей. Клавдия замерла на месте, тяжело опираясь на свой посох и дыша так, словно пробежала марафон… или, скорее, провела жаркую схватку на мечах в доспехе.

Все выжившие дроу бросились наутёк, да ещё врассыпную. Некоторым удалось уйти в том же направлении, откуда прибежали. Но я не видел большого смысла идти к тому же лучу.

Приблизившись к группе и выкинув прихваченного с собой дроу, я увидел, что Марию и Максима слегка ранили. Бронежилеты пестрили отметинами.

— Извини… мы хотели попробовать войти в ближний бой, — повинилась девушка, самостоятельно залечивая перебинтованную рану на плече себе и одновременно длинную царапину через живот и бедро парня.

— Не вижу смысла извиняться передо мной. Это ваши жизни. Запомните боль, которую сейчас ощущаете и вспоминайте, когда решите бросится на превосходящего вас противника.

— Хорошо сказано, — сделал комплимент Радьков, крутя над рукой камушки. — Я бы хотел добить оставленных тобой. Признаться, сначала был расстроен своим даром, но у него много плюсов. Следующий столь удобный случай в моём возрасте может представиться не скоро.

Я пожал плечами и сказал, чтобы сами распределяли убитых. Куча раненных дроу ещё пыталась что-то сделать. В том числе убить себя. Но ускользнуть из лап охочих до «опыта» одарённых не успевали. Первые уровни брали легко — боеспособность группы росла на глазах.

Клавдия же присела на ствол поваленного дерева и осушала флягу.

— Неужели твой дар так выматывает? — поинтересовался я.