Ну же, мужчина! Никто не может устоять против такой красивой, хрупкой и несчастной девушки! Где твой рыцарский инст…

- Хорошо. Думаю, нам стоит вернуться и провести церемонию, - говорит герцог, заставив мысли в моей голове утихомириться.

- Простите… мне послышалось…

- Идемте, жрица и так непозволительно долго нас ждет.

И первый идет на выход, к лестнице. Я, почти не веря своему счастью, бегу следом. На периферии сознания, конечно, шевелится мысль, что герцог слишком легко согласился. И что, наверняка, у него есть резоны посильнее, чем угроза королем женить его на неугодной девушке. Но выяснять это придется потом. И, возможно, я пожалею о том, что напросилась в невесты, но сейчас это самый лучший выход, а с последствиями будем разбираться потом.

Возвращаемся на крышу. К счастью, в этом месте она закрыта от ветра со всех сторон, кроме верха. Холодно, но терпимо. Мы подходим к чему-то вроде алтаря – каменный стол высотой мне до пояса, возле которого уже ждет балахон жрицы.

- Мы готовы, - сообщает ей герцог.

- Восславим же волю богов за то, что они соединили этого мужчину и эту женщину!

Резко начинает говорить жрица, густым, громким голосом, отчего я даже вздрагиваю и кошусь на нее. Я ведь почему-то думала, что под балахоном пожилая дама. Но голос сильный, молодой.

- По своей ли воле вы соединяете тела, жизни, магии, силы и души? – вопрошает она.

Оу, магии? Так у меня, вроде нет магии…

- Да, - отвечает герцог, я повторяю за ним.

- Тогда возьмитесь за руки!

Мужчина рядом со мной протягивает ладонь, как обычно облаченную в перчатку, кладу в нее свои пальцы.

- И пусть соединятся ваши потоки жизни и смерти! Пусть магия разольется в ваших телах, как воды реки Каам! Благословенны будьте!

Жрица берет какую-то веревку, мы становимся лицом друг к другу, и она принимается нас обвязывать. Не плотно, но так, что мы с герцогом теперь гораздо ближе, чем обычно. Моя одежда касается его плаща. А между моей и его грудью расстояние всего несколько сантиметров. Приходится теперь либо сильно задирать голову, чтобы видеть лицо жениха, либо смотреть на красивые пуговицы его плаща, что я и делаю.

- Этим обрядом и священной веревкой связываю вас, - возвещает жрица. – Да проявится воля богов, да не сможет никто разделить то, что было соединено высшими силами! Разделите между собой земную пищу!

В руках герцога появляется кубок. Он делает глоток и аккуратно передает посудину мне. Тяжелая! Охнув, хватаю кубок двумя руками и тоже делаю глоток. Вкус у напитка неприятный. Резкий, горький, вяжущий. Отдаю кубок жрице. Та принимает его, ставит на алтарь и произносит:

- А теперь разделите между собой магию!

Герцог, сверкнув взглядом, как-то странно склоняется ко мне.

- А что надо делать? – спрашиваю шепотом.

- Поцеловать меня, - отвечает так же тихо.